— Занятно, — хмыкнул Уаст, — Высшая и смертный…
Я не сдвинулся с места, но всё же спросил, чтобы перевести тему:
— При ком вознеслись?
Волк дёрнулся, как от пощёчины:
— Да что ты можешь знать? Ты же ещё щенок!
Занятно, но в этом его «щенок» чувствовалось не оскорбление, и обозначение колоссальной разницы в возрасте.
— Что есть, то есть, — не стал я спорить, — но Мать Великая Кровь несколько иного мнения.
— Не сдалась, значит, вот же с-с-сумасшедшая! — хмыкнул Уаст. — Хотя я мог бы и догадаться, откуда ты здесь такой красивый появился, — волк указал на ленты крови, всё ещё послушно, удерживающие оборотней.
— Вы не ответили на вопрос…
— Тебе всё равно это ни о чём не скажет.
— Люблю, знаете ли, загадки, — пожал я плечами. — Да и окружающие высшие сущности очень любят ими баловать.
— Ну раз любишь… то Хаос тебе в помощь с их разгадыванием, — хохотнул бог.
И почему у меня ощущение, что меня только изощрённо подкололи?
— Сами накажете своих щенков или?.
— Погоди нос задирать, — фыркнул волк и обратился к Полозову: — Подойди ко мне, достойный потомок своего народа.
Николай на негнущихся ногах подошёл к Уасту и с отсутствующим взглядом запустил ладони в седую шерсть волка. Простояли они так не меньше минуты. Зрачки волка хаотично двигались, будто бог что-то просматривал в ускоренном темпе. Уаст фыркал и скалился, а под конец и вовсе угрожающе зарычал.
— С-сам р-разбер-русь! — зарычал бог, отчего часть оборотней даже тихонько заскулила на высокой ноте.
От волка расходилась волнами энергия, заставляя оборотней ползти к нему на брюхе в поисках пощады. Нас божественная аура обходила стороной.
— Этот вроде бы был самым адекватным из всех, — я указал на вожака у себя под ногами, отплатив тому за его попытки избежать кровопролития.
— Тебе не чуждо благородство, — заметил Уаст. — Я запомню.
— Долг платежом красен, — не стал я скрывать собственных мотивов.
Волк расхохотался.
— Она всё-таки внедрила свой кодекс, да? Рациональность, оправданное точечное влияние, всё и все ради цели, да? Неужто работает? — при этом Уаст разбрасывал энергетические лассо на всех оборотней, собирая в петли их лапы и волоча за собой единой гроздью. — Может и себе что-то подобное попробовать?
— Бурлаки на Волге, — оценила живописную картину Белухина.