А дальше я пытался отследить себя же в коридорах дворца. Где-то через мимолётный взгляд слуги, где-то через пьяного гостя, а где-то и через вполне себе довольной жизнью служанку, с задранным подолом зарабатывающую местный золотой. Эти оказались полезней всего, не забывая постанывать, они скучающе разглядывали всё вокруг, и чуть ли не считали трещины в потолке, потому проходящих мимо успевали рассмотреть во всех ракурсах, несмотря на приглушённый свет макровых светильников.
Я шёл по следу исполнителя, словно ищейка по следу.
Глава 24
Я принялся сверять воспоминания о последних сутках среди всех участников делегации.
Изучению воспоминаний императора и принца я уделил особое внимание. Ни-че-го! Ровным счётом. Они обсуждали рабочие вопросы, вскользь коснулись моего предстоящего поединка и необходимости поддержки всех претензий.
Пришлось заново пересматривать все воспоминания, отсекая направление поисков, связанное с испанскими грандами. Круг поисков расширился до размеров города, а следом включился и порт. Тысячи, сотни тысяч воспоминаний, не связанных с дворцом, аристократическими интригами, живущие обычной жизнью, меня не интересовали. Я искал тень негативных эмоций в мой адрес и адрес сестры.
И нашёл интерес. Не ненависть, не зависть, а интерес. Эмпат. Тот самый, который пытался нас прощупать и тут же исчез, стоило принцу Андрею засечь его. И этот эмпат сейчас уплывал из Копенгагена в неизвестном направлении. Твою мать.
«Райо, а у вас были сказки, где дракон кого-нибудь воровал?» — спросил по связи у эрга.
«Ты про 'воровал и потом женился» или про «воровал и потом жрал»? — нейтральным тоном уточнил эрг.