Алексеев, Пушкин, и Доброхотов стояли рядом, скорее задумчивые, видимо размышляя, почему я не возвращаюсь. А я, на самом деле, жду. Чего жду?
Ну, примерно час назад я отправил Шнырьку в путешествие, вот и жду. Он сейчас отлетел достаточно далеко на грифоне, которого я призвал, и там уже должна ловить связь. Всё, что ему нужно сделать, это отправить одно сообщение, и тогда будет весело. Очень весело, но не мне… Сегодня Галактионов лишится еще одного козыря в рукаве, и это прискорбно. Но с другой стороны… После Исполина я уже не знаю, что они смогут еще послать.
Хельга
Мать ей постоянно твердила, что настоящая принцесса всегда держит свои эмоции под контролем, и она была с ней согласна. Девушка всегда старалась походить на свою мать, и слушала ее. Однако, она отлично запомнила, в каком бешенстве была мама, когда отец пошутил однажды что-то про её макияж. Эту фурию было не остановить, и ни о каком контроле там тоже не было речи.
Вот и сейчас Хельга была в похожем состоянии, когда сегодня ночью она набралась смелости, или просто поверила в себя, и пошла к Саше в каюту, чтобы поговорить.
Александр просто взял и ушел. Даже никому не сказал, и пошел делать самую тяжелую работу в одиночку. А ведь… Можно было взять ее с собой.
Зима — это ведь ее стихия. Она в Арктике не боится даже бурь, и могла бы быть полезной.
— Простите… Это сейчас пройдет, — извинилась она."
"— Понимаю тебя, девочка, — усмехнулся он. — Я тоже не понимаю иногда этого молодого человека. Как и сейчас… Почему он не возвращается?
Шло время, а Александр просто сидел и медитировал. Может он ранен, или ему плохо? Почему никто не хочет ему помочь… Тоже было для нее загадкой.
Нельзя так поступать. Неужели за то время, пока они не виделись, он стал настолько сильнее, что вечно осторожный Андрей Андросов стал верить ему. Непонятно и странно.
Когда прошло еще некоторое время, и ничего не поменялось, то терпение у Хельги лопнуло, и она сообщила, что отправляется туда одна, и вернет его.