Большинство в окрестных домах уже потушили свет, и только в соседнем в трех верхних окнах горели все огни, громко играла музыка и слышались голоса — там тоже был какой-то праздник. Кира прислушалась к известной песенке «Аnique» — «Оpa opa» и снова затанцевала, смешав воедино движения самбы, ча-ча-ча и кое-что из современного танца. Получившаяся смесь оказалась неожиданно захватывающей, и она кружилась посередине двора, совершенно забыв, где находится, и остановилась только тогда, когда лившаяся сверху веселая мелодия сменилась чем-то меланхолично-задумчивым.
— Не пугайтесь, это всего лишь я, — негромко сказал знакомый голос, и Кира, глубоко вздохнув, расслабилась, опустив руки.
— Боже мой, Вадим Иванович, как вы меня напугали!.
— Вовсе я не прячусь, — сказал Князев, подходя ближе и останавливаясь в двух шагах от нее, опираясь на трость. — Просто стоял рядом с деревом. Смотрел на вас. Вы потрясающе танцуете!
— Благодарю вас, — Кира сделала реверанс. — И вы не сделаете мне замечания, что я танцую прямо на улице, посередине вашего строгого патриархального двора?
— Непосредственность — хорошая черта, — он усмехнулся.
— Нет. Сегодня мне ничего не страшно. Знаете, бывают такие вечера… — она закинула голову, слушая неторопливую музыку. — Вечера, когда хочется обнять весь мир… Забавно, вроде бы музыка громко играет, и в то же время вокруг кажется так тихо. Странное место наш двор, иногда мне кажется, что оно находится где-то в другом измерении…
— Все старые дворы такие, — Вадим Иванович поднял голову, и лунный свет блеснул на стеклах его очков.
— Подождите, — Кира легко коснулась его руки, и он остановился, повернувшись. — Вам нравится эта музыка?
— Я редко слушаю такую музыку, но эта, вроде бы ничего, — ответил он с легкими нотками удивления. — Да, под нее определенно хорошо танцевать.
— Хотите потанцевать со мной?
— Я?! — изумился Князев, и его голос чуть дрогнул. Кира смутилась.