В памяти всплыл смутный обрывок — темная дорога, человек, что-то спросивший у нее, а потом… Потом была боль и дальше зияла огромная черная дыра… пока она не почувствовала запах.
Кира сморщила нос и попыталась открыть глаза, за что тут же была наказана сильнейшей вспышкой боли в затылке. Она попыталась застонать, но лицо было плотно прижато к чему-то теплому, ворсистому. Все вокруг подрагивало, и ее голова покачивалась из стороны в сторону. Появился звук — ровный механический шум, и внезапно Кира поняла, что это звук двигателя.
Первая мысль почему-то была о Сергее. Бывший любовник, которого утрата машины добила окончательно, спятил и выкрал Киру и теперь везет куда-то с целью отомстить. Но едва возникнув, мысль сразу же показалась ей идиотской, и Кира ее отбросила. В любом случае, надо сперва оглядеться и, наверное, следует это сделать осторожно. Ее ноги были повернуты влево и согнуты, каблуки босоножек во что-то упирались, и макушка тоже периодически стукалась о что-то твердое, отчего в затылке становилось еще хуже.
Кира открыла глаза и увидела темный старый ковер, которым был застелен диванчик. Цвет ковра не определялся — в машине царил полумрак. Рядом, впереди, что-то щелкнуло, и Кира почувствовала запах сигаретного дыма.
Она попыталась осторожно пощупать затылок, но что-то крепко держало ее руки за запястья. Кира попробовала пошевелить ногами, но и щиколотки тоже были чем-то крепко схвачены. На нее накатила паника, и она чуть не закричала, но вовремя прикусила губу. Машину тряхнуло, Кира в очередной раз стукнулась головой о дверцу, и на этот раз боль оказалась крепкой оплеухой, ненадолго сбившей истерику.
Она медленно приподняла голову и посмотрела на свои руки, сведенные вместе.