Коллекция

В чем она заключается? В изобилии денег и суровых мэнов, готовых за эти деньги раскатать в блин кого угодно. Это не власть, Кира, это фигня!

— Власть всегда была такой, Стас. А ты идеалист, оказывается?

— Власть многогранна, а я не… — Стас сделал испуганные глаза и махнул на нее рукой, словно отгоняя страшное видение. — Слушай, мы начинаем забираться в такие дебри… да еще на ночь глядя! Уже начало первого, кстати. Ты спать не хочешь?

Кира отрицательно покачала головой.

— Совсем нет, свободно могу проговорить еще пару часов.

Я ж тебе сказала, что я сова. Тем более что зацепили такую интересную тему…

— Нет уж, зацепим ее как-нибудь в другой раз, — Стас поджал губы, сразу же став намного старше. — Я тебе могу сказать только одно — власть требует особого умения, которого у меня нет и, надеюсь, не будет.

— Какого же?

— Приносить жертвы.

— Какие?

— Любые, Кира, — он посмотрел на дымящуюся в пальцах сигарету. — Любые."

"По железному подоконнику что-то стукнуло, и за окном промелькнула серая кошачья тень.

Кира вздрогнула и с трудом подавила в себе внезапно возникшее желание помчаться на кухню и отдернуть шторы, и там, за стеклом, обязательно окажутся чьи-то внимательные, жадные глаза…

«Тьфу-ты!» — раздраженно сказала она про себя и покосилась на брата, который задумчиво курил, откинувшись на спинку кресла и глядя в ночную тьму за окном. От выпитого вина его лицо немного раскраснелось, темные глаза поблескивали мягко и загадочно, ноздри чуть раздувались, и когда он поднимал руку, чтобы поднести сигарету к губам, под смуглой кожей отчетливо обозначались небольшие, но крепкие мускулы.

Сейчас Стас особенно напоминал хищника — красивого, грациозного, гибкого хищника вроде ласки или горностая, и за внешней расслабленностью его позы чувствовалось собранность и настороженность. Глядя на его четкий профиль, на ровно вздымающуюся грудь, на движения губ, выпускающих облачка сигаретного дыма, Кира в очередной раз с удовольствием подумала о том, до чего же хорош ее брат… и на секунду даже пожалела, что он ее брат…И тут же слегка покраснела. Таких мыслей не должно появляться в голове. Ей захотелось, чтоб Стас немедленно что-нибудь сказал, но тот, как назло, молчал, словно знал, о чем она думает, и не желал разбивать наваждение. Внезапно Кире показалось, что Стас понимает, что она невольно любуется им, и ему это нравится. И впервые с момента их встречи она ощутила, что рядом с ней, в сущности, сидит совершенно чужой человек, о котором она ничего не знает.