С таким правителем им ничего не грозит, особенно теперь, когда эльфы справились со своей заразой.
До Эйнара еще слухи не дошли, но в знатных семьях уже начали поговаривать о необходимости бала. Не сейчас, но чуть позже. Повелитель в самом подходящем для произнесения брачных обетов возрасте. А у многих созрели дочери – знатные, красивые, образованные. Их родители спали и видели, как становятся родственниками самого правителя.
Проживание пустышки во дворце никого не волновало. Повелитель молод, холост, даже не обручен, и такие шалости вполне позволительны до свадьбы.
А золотой дракон купался в воздушных потоках, облетая своё царство. Ловил ветер и наслаждался полетом, забывая на недолгое время о делах и заботах. Жаль, что не может себе позволить отлучаться надолго.
На личный двор приземлялся Эйнар успокоившись. Золотистое облако на мгновение скрыло трансформацию, и на дорожку он шагнул уже в человеческом обличье. Сам того не желая, скользнул взглядом по двору, потом по комнатам искры.
"Думать о ней было приятно, как о легком луче солнечного света. Мягкая, теплая, нежная – такие свойства в характере дракониц встречаются редко, а уж чтобы все разом – это невозможно. Диковинка – вот кто Инга для него. Давно надо было отдать ее на попечение Фроуда.
– Асвёр, ты думаешь, обращение в статую помешает мне отрубить тебе голову? – Эйнар, сложив руки на груди, ожидал, когда колдун подойдет к нему ближе. – К храмовому саду подходить запрещено.
– Но там единственное место, где меня не достанет тетушка! – ответил Асвёр, внимательно оглядывая двор. Повелитель только грозится отрубить голову, а вот тетка может ее и открутить. – Это было очень жестокого, между прочим, – убедившись, что тетка не сидит в засаде под каким-нибудь кустом, перевел взгляд на Эйнара.
– Так не по твою душу, – усмехнулся Эйнар. – Теперь у нее есть подопечная.
– Кстати, вот да, – Асвёр прищурился, – с чего вдруг такая забота о пустышке?
– А я должен был выставить ее на улицу? – в голосе правителя появилась заметная изморозь.