Другие кричали, что подписание договора с Московским государством вызовет войну с Польшей и царь Московский слишком слаб, чтобы воевать с Польшей и защищать казаков.
Третьи предлагали заключить союз с крымскими татарами и создать мощную Крымскую автономию, которая будет грозить и полякам и москалям.
Целую неделю утрясали положения договора, в конце концов, точку поставил гетман.
- Слухайте сюда, панове. Куда бы мы ни пошли, нас не будет как народа. Пойдем к полякам, станем ляхами и поклоняться будем католическому крыжу и причащаться будем у ксендзов.
Скрепя сердцем, недовольная старшина, боясь гетмана и своих казаков, встала под руку гетмана.
- Последнее, - сказали большинством, - записать в договор, что царь Алексей Михайлович должен дать присягу казакам в сохранении их казачьих вольностей.
Вот тут-то боярин Бутурлин и встал на дыбы, сверкая грозно очами:
- Царь российский подданным своим присягу не дает, но если он обещал сохранить казачьи вольности, то обещание свое выполнит.
Замерла казацкая старшина. Чувствуют, что перехлестнули через край. А ну как боярин встанет да уедет к царю с докладом, что принимать гетмана никак не возможно по причине того, что казаки ставят невыполнимые условия.
Тряхнув чубами, казаки сказали, что согласны с договором.
И Бутурлин вздохнул облегченно:
- Ну что, пане гетман, на завтра назначаем раду?
- Назавтра, до полудня. Господа полковники, прошу обеспечить присутствие самых авторитетных казаков, чиновников и купцов. С Богом, панове, - сказал гетман и перекрестился.
Глава 24
8 января 1654 года в 11 часов собралась генеральная Рада.
Речь гетмана Хмельницкого хорошо известна всем, но и я так конспективно делал пометки:
- Господа полковники, есаулы, сотники, все войско Запорожское!"
"Бог освободил нас из рук врагов нашего восточного православия, хотевших искоренить нас так, чтобы и имя русское не упоминалось в нашей земле. Но нам нельзя более жить без государя. Мы собрали сегодня явную всему народу раду, чтоб вы избрали себе из четырех государей себе государя.