Внутри у него образовался кусок льда, а рука сама собой сжала телефон.
– Чем ты сейчас занята? – тихо спросил он.
– А что?
– Да так просто. Мне нужно убедиться, что ты в порядке.
– У меня гости.
– Кто?
Секундная пауза.
– Друг.
– Кто конкретно?
– Ты его не знаешь.
– Парень?
– Да, парень.
– А твоя соседка дома?
– Дома. Но даже если бы она и вышла, со мной бы ничего не случилось. Это тебя мама накрутила, да? Скандалила, что ли? – Не давая Мэддоксу возможности ответить, Джинни продолжала: – Пап, она уговаривала меня переехать к ним с Питером, но я отказалась.
– Джинн, это не тебе ре…
– Если ты хочешь сказать – не мне решать, то разреши напомнить: мне через четыре месяца исполнится девятнадцать.
Мэддокс невольно вспомнил девушек со штрихкодами. Даже старшей из них до девятнадцати еще жить да жить.
– Я справлюсь, я и маме так сказала. И не пропущу ни одной сессии у психотерапевта – туда, между прочим, автобус ходит…
– На когда ты перенесла? – только и спросил Мэддокс.
– В следующий четверг на шесть, после лекций.
– Значит, детка, вот как мы сделаем: я буду ждать тебя в машине у твоего дома в полшестого в следующий чет…
– Да зачем же…
– Джинн, это нужно мне. Сделай это для меня, пожалуйста.
После некоторого колебания Джинни ответила:
– Ну, ладно, конечно.
– А после сессии мы с тобой куда-нибудь пойдем, поужинаем и поболтаем, договорились?
– Хорошо, пап.
Мэддокс закончил разговор с тяжелым сердцем и снова взглянул на часы: надо позвонить Энджи. Как-то у нее прошла встреча с медсестрой из Сент-Питерс? Он начал набирать Паллорино, когда больничные двери разъехались, и вошел Хольгерсен, весь блестящий от дождя, с Джеком-О под мышкой.
– Сарж! – начал он, размашистой походкой спеша к Мэддоксу.
Глава 3
Энджи смотрела вслед Дженни Марсден, исчезающей в тумане и вечерней мгле, и думала, что старая медсестра права – тайна держит человека в плену. Тайна обладает немалой силой, коль скоро ее раскрытие угрожает положению и связям человека.