– Уверена, – тихо ответила Энджи, судорожно осмысливая возможную новость о своем прошлом. – А как вы связали ДНК неизвестной из Сент-Питерс со мной?
– Детектив Войт указал в запросе детали вашего удочерения и данные приемных родителей, – отозвалась Транквада.
«Значит, я все эти годы находилась в базе данных, ожидая совпадения ДНК…»
– А вы вообще что-нибудь помните из своего детства до эпизода с «ангельской колыбелью»? – не отставал Петриковски.
Энджи яростно глянула на «маунти»:
– Ничего абсолютно, я же вам сказала!
Не считая галлюцинаций в виде светящейся девочки в розовом платьице и странных фраз.
Сестра-близнец…
Сердце сделало перебой: старенький Кен Лау из «Розовой жемчужины» говорил, что его бабушка видела бегущую женщину с ребенком, усаженным на бедро, но ведь старуха смотрела в окно, до половины закрытое занавесками! Что, если другую девочку тянули за руку по заснеженной улице?
«А-а-а, котки два… Жили-были два котенка…
Утекай, утекай! Беги, беги!
Вскакуй до шродка, шибко! Забирайся сюда!»
Крики…
Энджи вдруг замутило – она с трудом отдышалась.
– Вы пытались найти своих биологических родителей, миз Паллорино? А может, на вас выходили какие-нибудь родственники?
– Я всего несколько недель назад узнала о том, что была подкидышем из «ангельской колыбели», – медленно произнесла Энджи. – На меня никогда никто не выходил, как вы выражаетесь, и я только-только начала поиски родных.
– Насколько я понял со слов вдовы детектива Войта, вы увезли файлы по делу неизвестной из «ангельской колыбели» вместе с приобщенными вещдоками, которые Войт забрал из архива, – сказал Петриковски.
Внутри у Энджи точно лег камень. Она с вызовом поглядела «маунти» в глаза:
– Да, я забрала материалы по своему делу.
– Королевская канадская полиция требует отдать нам все материалы и вещественные доказательства. Мы вновь открываем дело об «ангельской колыбели» в свете вновь вскрывшихся обстоятельств – обнаружения детской стопы с совпадающей ДНК."
"Энджи вздрогнула от адреналина и противоречивых эмоций.