Кома. Эшелон (СИ)

"

"Тимофея похоронили вечером. Эшелон специально остановили. Насыпали холмик. Поставили крест, сваренных из двух металлических труб, с табличкой, на которой было написано только его имя и дата гибели. Как у него фамилия, я не знал. Да и никто не знал. Он не говорил. А мы и не спрашивали. Здесь это было не принято. Мало того, я подозревал, что кто-то вообще назвался чужим для него именем. Но, повторюсь, это никого не интересовало. Назвался Васей или ещё как, твоё это имя, данное от рождения или нет, не принципиально.

Хочешь, назовись так, как тебе удобно. Возможно, пережив катастрофу, потеряв своих близких, человек решил оставить в прошлой жизни и своё имя, чтобы в новой жизни начать всё с нуля. В том числе и с новым именем. Это было право каждого человека и уже не имело какого-либо значения. Значение имело другой — кто ты сам по сути своей?! Вот Артём, бывший уголовник, убийца, пусть и совершил преступление исходя из мести за свою поруганную и убитую жену. Он этого не скрывал. И даже после пандемии примкнул к одной из банд, которую мы разгромили. Сейчас он член команды. И я знаю, что на него можно положится. И такие здесь были практически все. На них можно было положится, как на самого себя. Каждый старался вносить свой вклад в нашу, коммуну что ли, я не знаю, как назвать наше объединение. Мы сами себя сейчас называли просто — Эшелон.

Дали одиночный залп из автоматов. Постояли немного, выпили по полстаканчику водки, помянув Тимофея. После чего погрузились в вагоны и двинулись дальше.

Нам нужно было двигаться. А он уже навсегда остался здесь, недалеко от железнодорожного полотна. В пустынной степи…

На подходе к узловой станции Тараз, бывший Джамбул, остановились. Запустили дрон. Стояли с мужиками смотрели на экран монитора. Удивительно, но половина путей были свободными. На станции стояло два пассажирских поезда дальнего действия и четыре товарняка. Товарняки были в основном с вагонами, предназначенными для перевозки грузов типа угля или чего-то подобного. Ничего интересного.

Имелся двухэтажный вокзал. Причём, очень такой современный. Фасад второго этажа был стеклянный.

— Пройдись за вокзалом. — Сказал молодому парню-оператору. Дрон прошёлся над зданием вокзала. Я внимательно смотрел на изображение. И тут заметил такое, что охренел. — Стоп. — Велел оператору. — Увеличь вон то, видишь? Это что за хрень?

Пошло увеличение изображение. За зданием вокзала был спрятан, как в засаде, бортовой «Урал». Он стоял задом к железке.