А следом за ней, буквально через несколько секунд, появился официант. Он, извинившись, вкатил в номер столик на колесиках, заставленный всевозможной снедью.
— И шампанское, пожалуйста, — сказал Бабек, — самое лучшее, какое у вас есть.
— А что случилось? — спросила Жаклин, усаживаясь в кресле и закидывая ногу за ногу.
— Погоди, Жаклин, все узнаешь. Не спеши.
Секретарша уже давно не видела своего босса в таком настроении, в таком волнении. Дождавшись, когда в номере появится бутылка шампанского в серебряном ведерке, Бабек махнул рукой, отправил официанта, быстро откупорил бутылку, выстрелив пробкой в потолок, расплескивая дорогое вино, наполнил бокалы.
— Ну вот, прекрасно, — подавая бокал Жаклин, сказал Бабек. — Все просто прекрасно.
— Что прекрасно? — Жаклин понимала зачем ее вызвал шеф и так же наверняка знала что будет после того, как они выпьют и поужинают. ,.
Она знала, что с боссом лучше не разговаривать о делах. Если Бабек пожелает, сам обо всем расскажет, а если не захочет, то из него и щипцами не вытащишь никакой информации.
— Так за что пьем? — осведомилась Жаклин.
— За удачу, дорогая, за удачу. Думаю, она нас ждет.
— О чем ты говоришь? — она перешла на «ты».
— О большой удаче, Жаклин. О такой, какая нам еще и не снилась.
Во Франции у Бабека имелась семья — жена, две дочери и сын. Своей семьей коллекционер дорожил, но как любой мужчина при деньгах и часто отлучающийся из дому, имел любовниц. У его жены с Жаклин были прекрасные отношения.
"У Жаклин, как у любой молодой, сильной и симпатичной женщины, а тем более самостоятельной и имеющей деньги, в Париже был любовник, молодой парень двадцати четырех лет.