Пять человек из охраны подземного убежища приехали на микроавтобусе, и он давал им инструкции.
— Прочешите лес. Двигайтесь в направлении шоссе.
В вашем распоряжении два часа. Найти и доставить в Янтарный.
Наконец в холле появились Свиридов с Бородиным.
— Забрасывайте его в машину.
— Забрасывайте… — пробурчал Свиридов, — будто это так легко сделать! Сам стоит, пальцем не пошевелит, чтобы помочь.
С трудом им удалось погрузить Комбата. Мужчины просто втолкнули его и оставили лежать на полу микроавтобуса, а сами уселись на мягкие сиденья.
— Вперед!
— Сильный мужик, — произнес Свиридов, раскуривая сигарету, когда машина уже ехала по шоссе.
— Да уж. Если бы не порошок, черта с два мы бы к нему подступились!
— Внешняя сила обманчива, — задумчиво произнес Свиридов, выпуская дым тонкой струйкой и прищуривая один глаз.
— Нет, у этого силы хоть отбавляй, точно тебе говорю.
— Ты его обыскивал?
— Нет. А где ему прятать, в задницу, что ли, пистолет засунул?
Несмотря на такое замечание, Бородин опустился на колени и принялся обыскивать лежащего Комбата.
— Чистый, — сказал он, отряхивая ладони и вновь устраиваясь в мягком сиденье.
Шоссе кончилось, начались колдобины проселка.
— Как подумаю, что снова его волочь, так жить не хочется, — Свиридов опустил стекло и выбросил окурок на дорогу.
— Работать никому не хочется, а деньги получать… — напомнил ему Бородин.
Микроавтобус остановился, и Чурбаков заглянул в салон.
— Все в порядке?
— Да, мы его проверили. Чистый.
— Что, и печати при нем не было?
— Наверное, в пиджаке в номере осталась, — предположил Свиридов.
— Н-да, — на лице у Чурбакова появился злой оскал.
Обычно с печатями фирм сложности не возникало.
Все бизнесмены таскали их при себе, а тут прокол. Значит, возникнут сложности с документами, которые, как считал Чурбаков, после отсидки под землей Рублев подпишет. Но пути обратно уже не было, машина была запущена.
— Тащите его!
И вновь начались мучения. Кое-как Свиридов с Бородиным спустили Комбата в карьер, проволокли по узкой тропинке и оказались в наклонной выработке. Каждый раз, попадая сюда, Чурбаков внимательно смотрел — ходил ли тут кто, не видно ли свежего окурка, не нарушена ли полоска песка, которую его охрана всегда насыпала поперек коридора.