Отец работал не покладая рук, чтобы закончить сценарий к условленному сроку. Заброшенная, я отправлялась на берег океана, прихватив что-нибудь из провизии (обычно гамбургеры и кока-колу), книгу, большое мохнатое полотенце и Рыжика за компанию.
Рыжик – кличка собаки. Моей собаки. Существа неопределенной породы с шерстью цвета ржавчины, зато отличавшегося большой сообразительностью. Когда мы приехали сюда, еще весной, у нас не было собаки, и Рыжик, шпионивший за вновь прибывшими, решил исправить этот недостаток. Начал он с того, что целыми днями торчал под дверью.
Отец вышел из дома и по привычке швырнул в него ботинок, но без особого энтузиазма. Думаю, он хотел показать, кто здесь хозяин. Рыжик все понял и подбежал поближе.
– Интересно, чей он? – спросила я у отца немногим позже.
– Кто его знает?..
– Похоже, песик решил, что он наш.
– Ошибаешься, – хмыкнул отец. – Он думает, что это мы принадлежим ему.
– Он не агрессивный, и вообще.
Отец оторвался от своего журнала и поднял брови:
– Ты намекаешь на то, что хочешь приютить это чертово создание?
– Даже не знаю... я не представляю, как можно от него избавиться.
– Разве что пристрелить.
– О нет!
– У него могут быть блохи. Занесет их в дом – ты первая заплачешь!
– Я куплю блошеловку.
Отец пристально уставился на меня поверх очков, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.
– Ну пожалуйста! – взмолилась я. – Почему бы и нет? Когда ты уедешь, он составит мне компанию.
– Хорошо, – сдался отец."
"Я тут же влезла в первые попавшиеся туфли, свистнула собаке, и мы направились в Ла-Кармеллу к самому модному ветеринару, где битый час проторчали в небольшой приемной, забитой избалованными пуделями и надменными сиамскими кошками и их не менее колоритными хозяевами. Наконец подошла и наша очередь. Ветеринар осмотрел Рыжика и заверил, что пес в полном порядке, сделал ему укол и напоследок посоветовал купить ошейник от блох.