Шон ничего не сказал, только полоснул брата взглядом, продолжая скользить руками по груди девушки. Вода стекала по ее волосам, сзади Лукас взял шампунь и начал втирать его ей в волосы. Кэндис откинулась назад, безграничное блаженство накрыло ее тело, вода смывала пену, она сама гладила грудь Шона.
— Такая нежная, такая отзывчивая девочка.
— Шон, она так легко возбуждается. Интересно, сколько раз за ночь она может кончить?
— Сегодня девочку не трогать. Ты понял меня?"
"Лукас лишь усмехнулся. Они оба были уже возбуждены, Кэндис чувствовала это, член Шона упирался ей в живот, а Лукаса — в поясницу.
Руки мужчин были везде, они возбуждали, дразнили, но вода резко выключилась, ее, словно куклу, вытерли большим полотенцем, Шон снова унес ее в спальню, Лукас сдернул испачканные простыни, накрыл кровать свежими из шкафа. Они легли, все втроем, Кэндис оказалась между братьями. Что, это правда все происходит с ней? Но сил не было совсем, она так быстро провалилась в сон, как только голова коснулась плеча одного из братьев, кого — она разобрать уже не могла.
Глава 9
Кэндис проснулась от того, что в глаза бил яркий солнечный свет. Резко сев на кровати, она огляделась по сторонам. Просторная спальня, белые и бежевые тона, она совершенно одна. Прикрыв себя покрывалом, ступая по мягкому ворсу ковра, вышла из комнаты. Чем ближе она приближалась к гостиной, тем отчетливее были слышны мужские голоса. Резкий и громкий Шона, он что-то говорил брату, тот не так громко отвечал.
— Какого хрена тебя понесло сюда ночью? Тебе что, баб мало? Не с кем было переночевать?
— Так я часто тут ночую, когда не хочу возвращаться в дом. Ты знаешь, мать запилит, слушать ее нравоучения — сил никаких нет.
— Мать с отцом в отъезде, ты знал об этом.
— Да не важно, есть они или нет, прислуга донесет, во сколько и какой я вернулся. А чего ты так завелся-то, ведь классно все было. Эта девочка — чистое сокровище.
— Заткнись.
— Она мне понравилась.
— Заткнись, я сказал.
— Тебе, я смотрю, тоже? Ты никогда не затыкал мне рот, когда я говорил о девчонках. Что изменилось?
— Не твое дело, сам разберусь.
— Ну, ты пока разбирайся, а я пойду в кроватку, к сладкой конфетке Кэндис.
— Никуда ты не пойдешь. Ты понял меня?
Братья одновременно обернулись, Кэндис стояла совсем недалеко, они даже не заметили, как она вошла и остановилась у кухонного острова. Придерживая покрывало на груди, она рассматривала мужчин.