Конфетка для ковбоев

Но сильнее всего жар шел от мужчины, от его обнаженного тела. Лукас держал девушку на коленях, укрыв рубахой, прижимая к себе.

Она только недавно успокоилась и согрелась, до этого все тело колотило, трясло от холода. После отстраненности и апатии ее накрыла истерика, она просто плакала, а Лукас утешал. Потом, словно задохнувшись, Кэндис притихла, прижалась к мужчине, пытаясь согреться.

Внедорожник уверенно мчался вперед, рассекая стену дождя, освещая ярким светом дорогу. В их краях все именно так, если дождь — то ливень, если жара — то адская.

Постоянно поглядывая в зеркало дальнего вида на девушку, Шон заметил, как Кэндис поймала его взгляд, смотрел долго, пока не вернулся взглядом к дороге.

— Лукас, куда мы едем?

Но он не успел ответить, как у Шона зазвонил телефон.

— Да, — ответил резко. — Мы едем туда, куда ты нас послала. Ты уже забыла? Да, Лукас со мной.

Лукас хмыкнул, а Кэндис напряглась, прислушиваясь. В трубке точно был женский голос, снова так некстати кольнула ревность.

— Да, мама, мы поняли все буквально. Будем через два дня.

– Мама? Это миссис Паркер? Куда мы едем? — Кэндис заволновалась.

— Не волнуйся, Конфетка, все будет хорошо.

— Я не волнуюсь. Я просто хочу знать, куда мы едем.

— Здесь не так далеко, на границу ранчо. Там дом, надо все проверить, а тебе не помешает отдохнуть.

— Что вы не поделили с Риком? Он ваш враг?

Она сказала это словно в пустоту, никто из братьев даже не собирался отвечать, только Шон посмотрел на нее через зеркало и отвернулся.

— Это, что секрет? Мне нельзя задавать этот вопрос?

— Сразу видно, тебя слишком долго не было в городе, Конфетка. Шон сам тебе расскажет если посчитает нужным. Такой ответ тебя устроит?

Лукас сказал это спокойно, чуть касаясь губами ее волос. Кэндис стало неловко, она на самом деле лезла не в свое дело.

— Извини.

— Ничего страшного, отдохни лучше.

Лукас снова поцеловал ее в висок и устроил удобно на своих коленях. Она была совершенно голая под коротким халатом, он это знал и чувствовал.

Ее холодные пальчики лежали на его груди, а дыхание обжигало кожу. Лукас первым влетел в ее дом, выбив одним ударом хлипкую дверь, хотя не было слышно криков о помощи. Позади спешил Шон. Когда он увидел, что на их девочку навалился какой-то мужик, а она уже даже не сопротивляется, взревел и одним рывком откинул его в угол.

Его остановил только голос Шона, так бы он забил эту тварь до смерти.