Мы так и не обнаружили никакого радиоизлучения, которое могло бы иметь искусственное происхождение.
— Чудесно. — Теплая волна истинного облегчения окатила Питта.
— Но не надо скакать от радости, — осадила его Инсигна. — Ну а если они предпочитают обходиться без радиоволн? Или научились экранировать их? Или вообще пользуются чем-нибудь другим?
Питт криво улыбнулся:
— Ты серьёзно?
Инсигна неуверенно пожала плечами.
— Если ты хочешь предложить мне пари, советую не ставить на это, — сказал Питт.
Вскоре Эритро превратилась в шар, который уже различали без телескопа, за ней воздушным шариком парил Мегас, с другой стороны Ротора виднелась Немезида. Ротор тормозил, чтобы выйти к Эритро. Видимые в телескоп, над планетой клубились знакомые облака, совсем как на Земле, — оставалось надеяться, что и давление, и температура на поверхности Эритро будут не слишком отличаться от земных.
— Радуйся, Янус, городских огней на ночном полушарии Эритро мы не обнаружили, — объявила Инсигна.
— Ты хочешь сказать, что на ней нет технологической цивилизации?
— Конечно.
— Тогда я сам попытаюсь выступить в качестве адвоката дьявола, — проговорил Питт. — Разве цивилизация, возникшая у тусклого красного солнца, не может обойтись без яркого уличного освещения?
— Это в видимом диапазоне оно может казаться неярким, но Немезида обильно светит и в инфракрасном. Нетрудно предположить, что их уличные светильники дают инфракрасное излучение.
— Значит, Эугения, о технологической цивилизации можно забыть, — с облегчением проговорил Питт. — Её здесь нет. Цивилизация могла бы сделать Эритро кое в чём привлекательнее для нас, но нельзя же стремиться к встрече с теми, кто ни в чём нам не уступает, если не превосходит.
— Но атмосфера Эритро изобилует кислородом, значит, на планете должна существовать жизнь. Нет лишь технологической цивилизации. Следовательно, нам придётся спускаться на её поверхность и изучать формы, которые приняла здесь жизнь.