— Извините, мне нужно идти, — сказала Лида. — Меня ждут. Любовь Николаевна, я потом вам объясню, почему я здесь и…
— Лида, я не впала в старческий маразм, — с достоинством ответила свекровь. — Я видела ночью, как вы вернулись, и прекрасно понимаю, что ты ночевала у Ивана. Не надо мне ничего объяснять. Сегодня придешь?
— Конечно. — Лида благодарно улыбнулась. — Вы можете составить список продуктов для новогоднего стола? Иван обещал раздобыть нам гуся.
— Гуся? Прекрасно. Иди, детка, и ни о чем не тревожься. Я все сделаю.
— Боже мой, какая идиллия, — фыркнул Славка. — Поздравляю тебя, Лидка, ты себе хахаля завела. Не ожидал. С твоей-то рожей и фригидностью. Ты ж в постели, как полено. И мою женитьбу мать не одобряет, а твой адюльтер очень даже. Смешно.
— Это не я полено, а ты чурбан, — сообщила Лида, широко улыбаясь. — В руках мастера полено превращается в скрипку и рождает прекрасную музыку. А из-под твоих рук выходят одни дрова. Все, пока. Не скажу, что была рада тебя видеть.
— А ты что, не соскучилась? — глупо спросил Славка.
— Нет, — честно сказала Лида. — Более того, за последние две недели я про тебя и не вспоминала даже. Не до тебя было совсем. Извини.
Помахав рукой свекрови, она пробежалась по пушистому белому снегу, хлопнула дверью машины, взгромоздилась на сиденье и, как и мечтала, взяла Ивана за теплую, широкую, надежную ладонь, поднесла ее к губам и поцеловала.
Глава восемнадцатая
Рагу из синей птицы
Если напряженно смотреть в глаза чуду, то оно может смутиться и не произойти — просто потому, что наши глаза не так уж привыкли к чудесам.
Светлана МартынчикИтак, нужно было срочно раздобыть гуся. Не бином Ньютона, конечно, и не теорема Ферма, но задачка все же достойная. Как успел выяснить Иван, обзвонив найденные в интернете расположенные поблизости фермерские хозяйства, все гуси были сосчитаны по головам и распределены по потенциальным покупателям, позаботившимся о сытном праздничном столе месяца за два до Нового года.
В самом дорогом супермаркете областного центра, куда Иван дозвонился тоже, гусь был. Причем не свежеопаленный фермерский дикарь, а аккуратный немецкий гусь, уже родившийся ощипанным, беленьким, чистеньким, с внутренностями, аккуратно сложенными в мешочек, засунутый внутрь тушки.
Теоретически, смотаться туда и обратно можно было часа за три.