В прежней жизни, с удобной и привычной квартирой, большим городом вокруг, интересной работой, хорошей школой для Лизы, скрывалось много соблазнов. Однако сейчас Лида смотрела на Славку, ленивого, бесталанного, бесхарактерного Славку, другими глазами и понимала, что больше никогда не сможет его уважать. А как жить с мужчиной, которого не уважаешь?
Нет, пожалуй, она не променяла бы нынешнюю хлопотную и неустроенную жизнь со всеми ее неудобствами и тревогами на жалкую скучную стабильность, которая у нее была раньше.
— Ты что здесь делаешь? — повторила она.
— Лида, ты должна отпустить домой маму, — ответил он.
— В смысле? — Лида смотрела на него, не понимая.
— Я хочу, чтобы мама вернулась домой. Отправь ее обратно.
— Она что, бандероль? — Лида насмешливо посмотрела на Славку. — Что значит «отправь»?
— Это значит, скажи ей, чтобы она ехала домой, — ровным голосом сообщил Славка. — Что она тут у тебя отирается, словно ее из дома выгнали?
— А тебе-то что за печаль? Неужто перед знакомыми неудобно? Или супружница твоя новая по Любови Николаевне соскучилась?
— Ты можешь язвить сколько угодно.
— Лида, дома еды все время нет. И рубашки чистые кончились, а впереди Новый год. Мы, конечно, с Ирусей идем к ее родителям, но потом же каникулы, есть-то что-то надо.
— А твоя жена что, безрукая? С того момента, как я имела удовольствие лицезреть ее на ступеньках своей больницы, она попала в ДТП и потеряла руки? Вы сами-то еду приготовить не в состоянии?
— Тебе просто нравится, что мать унизилась перед тобой и попросилась к тебе жить! — выпалил Славка. — А что, удобно. За ребенком смотрит. Еду готовит. Нашла себе служанку, да? Я повторять не буду. Возвращай мать домой.
— Я не домашняя скотина, чтобы меня туда-сюда тыркать.
— Мама! — Славка кинулся к ней, чтобы поцеловать, но Любовь Николаевна холодно отстранилась. Она вообще выглядела и вела себя как английская королева, Лида смотрела на это во все глаза.
— Я буду делать то, что хочу, то, что считаю нужным.