— Разберемся тут со всеми делами, поедем в Питер, я тебя с мамой познакомлю, с сестрой, с друзьями. И подадим заявление в ЗАГС. Ты как хочешь, а в этом убогом городишке я штамп в паспорте ставить не хочу. Это ж как отметина на всю жизнь. Этот город, как дурная примета, ей-богу.
Лида в ответ лишь потерлась кончиком носа об его крепкую, надежную руку.
— Как скажешь, так мы и сделаем, — сказала она голосом примерной жены и посмотрела на Ивана вопрошающе, мол, заметил ли он ее послушность. Но он даже не слышал ее последних слов, потому что спал.
Тут будет реклама 1
Крепко, без сновидений, спокойно раскинувшись на диване, но прижимая одной рукой Лиду к груди, примерно в области сердца. Его широкое, скуластое, волевое лицо дышало покоем и безмятежностью. Тревоги, вызванные последними событиями, отступили ненадолго, дав организму отдых, в котором он так нуждался, и Лида горделиво улыбнулась, что была причиной этого покоя и безмятежности. Хотя бы ненадолго.
Она лежала рядом с ним, слушала, как мерно стучит сердце у него в груди, и думала о приятных вещах — о будущей свадьбе и счастливой жизни, общих детях и старости, которую они проведут, прогуливаясь за ручку по старому парку, усыпанному желтыми кленовыми листьями.
Тут будет реклама 2
Ведь именно так выглядит счастливая старость. На этот раз сердце и мозг не вступали в спор друг с другом. Они оба были согласны, что все хорошо, а будет еще лучше. В приятных мыслях о будущем Лида и не заметила, как тоже уснула.
Первый совместный завтрак — это всегда испытание. Лида проснулась раньше Корсакова и, накинув его рубашку, отправилась на кухню готовить завтрак.
Тут будет реклама 3
Чувствительным камертоном, встроенным в душу, она чувствовала, что мужская рубашка, накинутая поверх трусиков, — это пошлость, невообразимая пошлость, которую даже повторять стыдно. Но вставать к плите в одежде, в которой она вчера осматривала труп, не хотелось. Сомнительную альтернативу рубашке мог составить только мужской же банный халат, обнаруженный в ванной, но, примерив его, Лида просто утонула в пушистой махре.
В холодильнике обнаружился творог и яйца, в шкафчике над плитой — мука и сахар, поэтому Лида ловко и споро налепила сырники.
Тут будет реклама 4
Они уже вовсю шкворчали на сковородке, издавая изумительный аромат корицы и ванили, найденных в недрах все того же шкафчика, когда на кухне появился Иван — трусы, облегающие крепкую попу, волосатая грудь, живот со скромными, но все-таки кубиками, длинные ноги, всклокоченные волосы, мятая физиономия и след от подушки через всю щеку. Не мужчина, а мечта.
