Ты предложения не делал, уехал на полгода, бросил ее одну, звонил редко. Она чувствовала, что у вас нет общего будущего. А с женщинами так нельзя.
— Хорошо, с женщинами так нельзя, — согласился Корсаков. Он выглядел так, как будто у него разом заболели все зубы. — Признаюсь, я никогда не разбирался в них. Они, то есть вы, для меня как инопланетяне. Вроде голова одна, руки две, ноги две, ну, грудь там, попа, а не разберешь ничего. Ни в характере, ни в поведении. Но Пашка. Пашка не женщина. Он мужчина. Мне казалось, что уж про него-то я все знаю.
Голос Ивана перехватило, повело, он захлебнулся воздухом и беспомощно разрубил сжатым кулаком воздух. Паша Яковлев был сыном лучшего друга его отца. Дядя Леня и отец работали на одном заводе. Два инженера в одном цеху. Один возраст, похожие семьи. Правда, мама отчего-то очень не любила дяди-Ленину жену, Пашкину мать Наталью. Не любила, не привечала, и дружбы домами у них так и не получилось. Но мужикам это не мешало вместе ходить в баню и ездить на рыбалку, беря с собой пацанов — Пашку и Ваньку.
"Когда Иван стал дальнобойщиком, Павел работал заместителем директора крупной российско-итальянской фирмы. Пожалуй, в ту пору смотрел он на Корсакова немного свысока, как белый воротничок на рабочую касту.
Иван протянул другу детства руку помощи, не задумываясь. Павел стал его заместителем, правой рукой, надеждой и опорой. Его советы всегда были точными и полезными.