– Зачем?!
– Э… здесь… слишком тихо.
– Не понял.
Она подошла ближе и стала теребить уголки журналов.
– В первую ночь я не могла уснуть. В моей прежней квартире всегда было шумно. Сирены, люди, машины, постоянный гвалт. А здесь так тихо, что даже страшно. Я проходила мимо твоей двери и услышала храп.
Я прищурился.
– У меня искривление носовой перегородки.
– Если слегка распахнуть твою дверь и оставить ее приоткрытой, я даже в своей комнате буду слышать твой э… храп и знать, что я не одна. Это… утешает.
Я понятия не имел, как ответить на ее застенчивое признание.
– Ну, тогда ладно.
– Я больше так не буду.
Я махнул рукой.
– Делай как хочешь. Я не возражаю.
Она развернулась и ушла, а я смотрел ей вслед. Она не попросила ее не целовать, и даже не упомянула того, что я ее поцеловал. Вместо этого она призналась, что нервничает, а я, сам того не ведая, помогаю ей уснуть. Она также подчеркнула, чем плоха моя идея жениться на ней прямо сейчас. Каждый из нас оказал друг другу услугу.
Однако позднее тем же вечером я выключил свет и приоткрыл свою дверь, избавив ее от необходимости идти по коридору. Бог знает, какой сварливой она может быть, если не выспится.
* * *На следующий день я внимательно просмотрел документы. Предложение было достойным, а социальный пакет – щедрым. Единственное, что меня беспокоило, так это пятимесячный испытательный срок. Нормой считались три месяца, и мне не удавалось отделаться от мысли, что тут кроется какой-то подвох. Я встал, начал расхаживать по кабинету и в конце концов уставился в окно на шумный город.
Мои мысли прервал стук, и я повернул голову. В дверях стояла Кэтрин, с чашкой кофе в руках.
– Я подумала, что кофе тебе не помешает.
Я взял чашку и сделал глоток.
– Спасибо.
– Ты изучил его предложение?
Я сел и жестом показал ей последовать моему примеру.
– Да.
– Ты как будто не рад.
– Нет, все в порядке. Он предлагает щедрый соцпакет, множество льгот и бонусов, размер которых будет зависеть от моей производительности. Все как обычно.
– Но?
– Меня беспокоит испытательный срок.
– Потому что он длиннее обычного?
– Я думаю… что Грэм до конца не уверен, – признался я. – Он так и сказал.