Рэндалл молча встал, снял с себя сюртук, а потом засучил рукава рубашки и продемонстрировал всем собравшимся запястья. На левом красовался шрам от ожога в виде заковыристой буквы.
– Это письменность Тургота. Буква «Х» обозначает принадлежность рабов к дому Хамьеров, владельцев бойцовой арены. А это… – Рэндалл кивком указал на цветок с шестью лепестками и двумя продолговатыми листьями на правом запястье, – клеймо дома Аверо. Маттео Аверо был вынужден клеймить своих рабов из-за порядков, установленных на их землях. Это достаточное доказательство правдивости моих слов? – спросил Рэндалл с долей издевки.
– Простите, Ваше Высочество. – Лорд Мортис учтиво склонил голову. – Я не хотел обвинять вас во лжи.
Рэндалл стиснул челюсть и сдержанно кивнул. Спрятав ненавистные шрамы под тканью рубашки, он снова сел в кресло.
– Если у вас больше нет вопросов, я бы хотел узнать, что произошло в Ардене и во всем Южном королевстве за время моего отсутствия.
Алистер не успел даже рта открыть, как его прервал лорд Дарен:
– Простите, Ваше Высочество, но вы сами сказали, что потеряли память. Мы не можем знать, как много вы помните о своем прошлом. Может, возвращаться к делам правления так рано будет неправильно, и вам стоит какое-то время не браться за обязанности Хранителя?
Лорд Дарен свел брови домиком, пытаясь состроить сочувственную физиономию.
– Вы не подскажете, лорд Дарен, – учтивым тоном заговорил он, – какой пост вы занимаете в Совете?
– Советник по международным отношениям.
Рэндалл положил локти на стол и скрестил пальцы перед собой.
"– Скажите, лорд Дарен, а вы успели распорядиться, чтобы на Восток отправили подарок ко дню рождения принца Хану, который наступит уже завтра?
Он получил непередаваемое наслаждение от выражения растерянности и полной беспомощности на лице Дарена.
– Я… я… – начал заикаться он, растеряв всю ехидность.
– Я позаботился об этом, Ваше Высочество, – вмешался Алистер. – Холланд сообщил, что юный принц любит метать ножи.