— Она принадлежала дочери английского аристократа, которую убил неизвестный убийца. Легенда гласит, что дух девочки живет в ее любимой кукле.
— Около десяти лет назад кто-то пытался украсть ее у прежнего владельца, так она ценна, но он умер от загадочных ножевых ранений во сне, — добавила Рея.
Я не могу понять, шутит ли она.
А еще, какого черта? Кто купил своей дочери одержимую куклу-убийцу? Впрочем, я это вполне могло быть в стиле Кэролайн Кенсингтон.
— Уф… — я сунул телефон обратно в руку Реи, прежде чем Убийственная Мэри вылезла из экрана и ударила меня ножом.
Пен еще на мгновение нахмурилась, а после ее взгляд стал более уязвимым.
— Хорошо, — сказала она, ее голос был тихим. — Потому что ей и так уже достаточно больно.
Я не планировал, что девятилетняя девочка ударит меня сегодня под дых, но прицел Пен был даже лучше, чем ее навыки игры в виртуальный футбол.
Переживание за Слоан и Пен распространилось от моего нутра к груди. Они обе заслуживали лучшего, чем то, что получали от людей, которые якобы их любили.
— Что я пропустила? — голос Слоан пробил наш пузырь. Я был настолько погружен в свои мысли, что не услышал ее возвращения.
— Ничего, — хором ответили мы с Пен.
— Мы просто сделали небольшой перерыв, — добавил я.
— Потому что я надрала ему задницу.
— Ладно, хватит, — я закатал рукава. — Больше я с тобой не церемонюсь. Теперь все по-настоящему."
"Мы язвили и подшучивали друг над другом, пока длился второй тайм. Я был слишком увлечен игрой, чтобы заметить многое другое, но раз или два я замечал, что Слоан смотрит на нас со странным выражением лица. Она отводила взгляд каждый раз, когда я поворачивался в ее сторону, но не раньше, чем я улавливал подозрительный блеск в ее глазах.
Мы вчетвером пробыли в симуляционном центре еще полчаса. Тогда же энергия Пен заметно спала. Она не хотела уходить, но я мог сказать, что дневная активность взяла свое. Я пообещал, что мы еще вернемся. К тому времени, когда парень из службы безопасности Харпера забрал ее и Рею, Пен едва могла держать глаза открытыми.
Однако у нее хватило сил обнять на прощание и меня, и Слоан.