Поскольку Реи больше нет, у меня нет никакой информации о происходящем. У Слоан не было информации, но я знал кое-кого, кто мог ее получить. За правильную цену они могли достать что угодно.
Пока что я держал этот план при себе. Я не хотел обнадеживать ее, не проконсультировавшись сначала со своим связным.
Я заварил эту кашу. Теперь мне предстояло все исправить.
— Мы разберемся с этим. Обещаю. — Мне удалось криво улыбнуться. — Между нами, мы можем придумать что угодно. Мы же гении.
Слоан издала полувсхлип, полусмех.
Ее глаза были сухими, но когда я раскрыл объятия, она обошла стол и без протеста зарылась лицом в мою грудь. Ее плечи затряслись, и я поцеловал ее в макушку, желая, чтобы у меня хватило сил забрать ее боль, даже если для этого придется взять ее на себя.
Мы не разговаривали. Она не пролила ни одной слезинки. Но я все равно держал ее в объятиях.
Некоторые люди после потрясений уходят в себя. Другие впадают в ярость.
Я? Я планировала.
У меня была неделя, чтобы проглотить свой шок, гнев, ужас и тысячу других эмоций, которые взорвались после сообщения Перри. Я могла бы зациклиться на несправедливом увольнении Реи или довести себя до состояния паники из-за того, что буду полностью отрезана от Пен, но это не принесло бы никому пользы. Вместо этого я занялась тем, что у меня получалось лучше всего: я придумала, как разрешить кризис.
Началось все с уничтожения Перри.
Я уже посадила семена для своей мести, пришло время собирать урожай.
Я постучала ручкой по колену и уставилась в ноутбук. Была среда перед Днем благодарения, и я снова работала дома. Я уже заполнила пять страниц заметок об операции ПУ (операция «Перри Уилсон»).
Сила Перри заключалась в двух вещах: информации и платформе для ее распространения. За годы работы маленький проныра обзавелся сетью шпионов от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса, которые снабжали его сочными сведениями о богатых, знаменитых и плохо себя ведущих.
Полностью отсечь его источники было невозможно, потому что утечкой мог стать кто угодно. Горничные в отеле, садовники, шоферы, случайные прохожие на улице… не было никаких ограничений для тех, кто мог прислать анонимную наводку.
Поскольку я не могу устранить его источники, мне придется устранить причину, по которой люди хотели присылать наводки именно ему.