В конюшне он обнаружил одну из первых моделей электрических генераторов и несколько цилиндрических емкостей, судя по всему, с топливом. Вскоре ему удалось запустить агрегат, и Анна помчалась в столовую, чтобы проверить, есть ли свет. Когда загорелась лампочка, она была поражена и восхищена не меньше африканцев, собравшихся вокруг нее и изумленно таращивших глаза.
Наконец все работы были завершены, и пришло время новой больнице открыть двери пациентам. Многие уже пришли сюда — целые семьи поселились в надворных постройках.
Вскоре Стенли начнет перевозить больных на «лендровере». Анна, воспользовавшись затишьем, присела в прихожей, чтобы побыть одной. Здесь оставили большую часть мебели и, кроме того, повесили на стену портрет Кики маслом, ранее висевший в столовой. Он органично вписался в интерьер, что было неудивительно, — ведь в приемных старомодных больниц всегда висел портрет святого покровителя или основателя. Анна посмотрела в глубокие фиолетовые глаза Кики. В них светился мягкий юмор, словно женщина хотела напомнить Анне, что работа — дело, конечно, хорошее, и помогать другим почетно, но жизнь этим не ограничивается.
Анна отвернулась — и оказалась лицом к лицу со смотрителем. Мужчина молчал, но его скованные движения и сжатые кулаки свидетельствовали о том, что он напряжен.
— Стенли готов ехать, — сообщил он. — Больница открыта.
— Я не забыла своего обещания, — мягко произнесла Анна. — Давайте пойдем к вам и перенесем сюда нашего первого пациента."
"Сразу после переезда из Джермантауна Анна начала лечить его жену, Ндаталу, используя последние антибиотики, но улучшения в состоянии женщины не было.
Анна сомневалась, что сам факт переезда из дома в «больницу» может на что-то повлиять, но понимала, что для смотрителя это было очень важно. Анна боялась, что африканец связывает свои надежды именно с этим переездом. Он ожидал чуда. Идя по саду к дому смотрителя, Анна хмурилась. На самом деле она знала, что именно отчаяние и надежда вынудили смотрителя позволить ей использовать для больницы дом Кики.
И если это так, то она его фактически обманула. Но разве у нее был выбор?
Ндаталу осторожно занесли в небольшую комнату, где теперь размещался изолятор. Анна взяла вялую руку женщины и ввела ей в вену очередную дозу антибиотика. Она молилась о том, чтобы препарат подействовал, поборол эту непонятную болезнь, высасывающую жизненные силы из слабого тела. Смотритель сел около кровати, на которую положили жену.
