Несчастный Вендерс разоткровенничался перед смертью.
Из палатки поблизости донесся шепоток, тихое хихиканье. А, палатка Арендиля. Он там с госпожой Иллиан. Снова шепоток, уже настойчивей, и опять хихиканье.
Это надо прекратить, решил Френтис, но затем вспомнил, что Иллиан сказала накануне: «Я не ребенок».
«Они теряют юность ради моей чертовой мести, — подумал он. — А в Варинсхолде будет еще хуже».
Он вздохнул и отошел подальше, чтобы ничего не слышать.
Луны только половина, но небо ясное, хорошо видна земля внизу, за нагорьем.
«Любимый, но ведь тебе нравится вкус крови?»
— Оставь меня, — пробормотал он по-воларски, стиснул зубы, заставил пальцы разжаться.
— А, брат, выучил новый язык? — спросили из темноты.
Френтис обернулся. Подошел высокий парень с узким симпатичным лицом, с кривой усмешкой.
— Брат Иверн?
Тот остановился в паре футов, смерил Френтиса удивленным взглядом.
— Когда брат Соллис мне рассказал, я подумал: шутит. Но ведь он-то и шутить не умеет.
Он шагнул вперед, крепко обнял Френтиса. А когда выпустил, Френтис сказал:
— Знаешь, орден пал. Других тоже больше нет…
— Я знаю. Мне уже рассказали твою историю. От Шестого ордена осталось чуть больше сотни братьев.
— Но аспект Арлин жив, — заметил Френтис. — Лизоблюд Дарнела подтвердил это, хотя и не смог сказать, где именно в Варинсхолде прячут аспекта.
— Эту загадку мы разгадаем, когда попадем туда, — заключил Иверн и сообщил: — У меня осталось где-то полфляги «Братнего друга». Хочешь, разделим?
Френтис никогда в особенности не любил фирменное пойло ордена. Оно притупляло чувства и реакцию. Потому он лишь чуть глотнул из вежливости и вернул фляжку Иверну, которому, похоже, на притупление реакции было наплевать. Он хлебнул изрядно и объявил:
— Я скажу тебе совершеннейшую правдивую правду: она поцеловала меня прямо в губы.
Иверн посмотрел брату в глаза:"
"— Мы многое слышали о тебе по пути на юг.