Даже будучи ее рабом, единственной ее добродетелью я находил честность.
— Как думаете, ваш император тоже посчитает ее достойной доверия?
— Император во всем умнее и мудрее меня, — ответил Вернье. — Если она скажет правду, император ее услышит.
— Надеюсь, он поймет ценность способности забывать былые раздоры.
— Ваше величество, забыть придется о слишком многом, — сурово глянув на королеву, сказал Вернье.
— Но если мы не сможем объединиться против общего врага, наш мир падет, — заметила Лирна и сказала Форнелле: — В ордене брата Каэниса есть тот, кто умеет слышать ложь.
— Ваше величество, он ее не услышит, — с очевидным облегчением выговорила Форнелла. — Я исполню ваш приказ.
Лирна подумала о том, что старость буквально сквозит в этой женщине, видна даже в улыбке.
— Отлично, — сказала королева, посмотрела на Вернье и изобразила виноватую улыбку.
— Нет, ваше величество, — холодно ответил он.
Лирна подумала, что имперского хрониста не обманешь отрепетированными гримасами. Он умный. Даже слишком.
— Я сделаю это ради моего императора, великого мудростью и добродетелью.
Лирна стояла на крыше и наблюдала за отплытием. Королева видела прощание Ваэлина с Дареной и не смогла отвести глаз, хотя чувствовала себя так, будто подглядывает.
Дарена отошла от владыки башни, попрощалась с госпожой Алорнис и лордом Адалем, братом Келаном, Санешем Полтаром, а затем взошла по трапу на «Красный сокол». Владыка кораблей Элль-Нурин приветствовал женщину поклоном. Корабль отчалил. Лирна вдруг задумалась над тем, что никто из сеорда не пришел проводить Дарену.
Ваэлин попрощался со всеми, обнял сестру и остался на пирсе, глядеть на уходящий корабль.
Королева обернулась, заслышав шум. На крышу влезла госпожа Орена с меховым плащом в руках.
— Ваше величество, сегодня такой холодный ветер!
Орена накинула плащ королеве на плечи, и та кивнула, не отрывая взгляда от Ваэлина, смотрящего вслед отплывающему ученому.