Ледяной гнев охватил его так быстро, что Деймон оказался на грани убийства, не успев даже понять, что приближается к ней. Он не слышал этот голос тринадцать лет, однако узнал его сразу же.
— Леди Бенедикт не принимает посетителей, — чопорно отозвался Беале.
— Даже не пытайтесь заморочить меня. Я — Королева Шэйллота и…
Деймон мягкой, скользящей походкой вышел из приемной.
— Добрый день, Александра, — с обманчивой мягкостью произнес он. — Я безмерно рад вновь видеть вас.
— Ты! — Женщина уставилась на него широко раскрытыми глазами, в которых плескался страх.
— Учитывая обстоятельства, это было самое малое из того, что я мог сделать. — Деймон шагнул к ней. — Я же сказал тебе, что омою кровью улицы Белдон Мора, если ты предашь меня.
— А еще ты сказал, что упрячешь меня в могилу.
— Я решил, что более изысканным наказанием будет позволить тебе жить дальше.
— Ты ублюдок! Ты… — Александра начала дрожать.
Все ее спутники разом вздрогнули.
Невероятный, обжигающий холод охватил его мгновением позже, ошеломив настолько, что Деймон невольно попятился от грани, за которой, не задумываясь, совершит убийство.
В следующий миг в большой Зал вошел Сэйтан.
«Неужели я выгляжу так же, когда оказываюсь во власти холодного гнева?» — потрясенно поинтересовался Деймон, не в силах отвести взгляда от словно остекленевших глаз, приобретших обманчиво сонное выражение, и опасно мягкой улыбки.
— Леди Анжеллин.
Александра стиснула руки, но не сумела сдержать дрожь.
— Я приехала, чтобы забрать домой своих внучек. Отпустите их, и мы уедем тотчас же.
— Леди Бенедикт будет проинформирована о том, что вы здесь. Если она захочет повидать вас, встреча непременно будет организована, с подобающим сопровождением, разумеется.
— Вы смеете намекать на то, будто я представляю для нее опасность?!
— Я это знаю. Остается лишь один вопрос: какого рода эта опасность.
Александра невольно повысила голос:
— Вы не имеете никакого права…
— Здесь правлю я! — вызверился Сэйтан. — Это у вас нет никаких прав, Леди. Совершенно никаких. За исключением тех, которые я решаю пожаловать вам. А таковые весьма незначительны.
— Я хочу видеть своих внучек. Обеих.