Срезаешь, – она, наоборот, приладила надрезанный кусок обратно, – и за три декады нарастает ещё больше, чем срезала. Мы много что из них делаем. Смотри, – она открыла шкатулку, которую держала Алина, - это шарики из хиа. Они используются женщинами. Я принесла их тебе. теперь, – она нетерпеливо подтолкнула принцессу к венрису-ванрану, – иди. Я хочу в дом, ношеди-мужчина так много рассказывает, мне очень интересно! Или, может,ты сама мне ответишь на вопросы?
- Ты же видишь, я не очень хорошо тебя понимаю и плохо говорю, - покачала головой Алина.
Макс Тротт
- Ношеди, как называется твoй мир?
- Тура. Это на одном из старых языков обозначает «яйцо» или «шар»...
Тимавеш кивали:
- Неши, обучая детей чтению и письму, рассказывают, что Лортах – тоже шар, осененный теплом Геры-солнца.
Тротту не нравилось то, что им предстоит нырять в божественное озеро – он воoбще не любил объекты, воздействие которых нельзя предварительно изучить и описать. Да и не навредит ли чужеродная энергия Жрецу? По опыту, не должна – ведь Макс мылся в целебном ручье и пил из него, но вдруг все зависит от объема и концентрации?
На обращения Черный не откликался, и холодок в сердце оставался ровным, сонным.
«Не кричи мое имя, птенец, – раздался в его голове ворчливый голос Жреца, и по позвоночнику посыпало льдом.
«Она ведь заключена в горе?»
«Это верно».
«И она поздоровалась с тобой здесь».
«Это тоже верно. Но я ведь сижу в твоем сердце и одновременно лежу под Медовым храмом в Тидуссе, птенец. И часть моей сути бьется сердцем в небесных чертогах Туры».
«Непознаваемо, я поимаю».
«Я вижу, как тебе тяжело это принять», – в голосе Ворона прозвучала и насмешка, и похвала.
«Но эта хозяйка не причинит вреда?»
«Мне – нет».
«А нам?» - спросил Тротт, но Ворон уже заснул. А может,и не заснул, может, просто развлекался, оставив своего сына в неизвестности.
- Расскажи, ношеди, какую одежду вы носите в другом мире?
- Очень разную. Но если говорить в общем,то наша одежда похожа на вашу, проcто из других тканей…
Максу не нравилось и то, что сейчас их тройка разделена, а Алина вышла без него.