Королевская кровь. Книга 3

Лечить людей, учить их, говорить с ними. И долго бродил он по Туре, и говорят, что время от времени он превращался в ворона и ночевал на ветвях деревьев, а то и вовсе за его спиной раскрывались черные крылья, и он мог перелетать через реки и горы. А еще говорят, дети, что уже глубоким стариком пришел он в Тидусс и проповедовал здесь, и здесь и был похоронен, но где его могила, не знает никто.

«Потому что люди, которых он учил, убили его, прельстившись единственной ценной вещью, которая у него была — тростью с серебряным набалдашником.

И похоронен он среди бродяг, в общей могиле, и на месте этом давно уже стоит храм, потому что часты там случаи чудесных исцелений».

Дети слушали, некоторые уже тихонько сопели, другие сидели в кроватях, наблюдая за тенями на стене — матушка не ругала их, только угадывала движение и подносила палец к губам — тише, не разбудите тех, кто спит. И рассказывала, периодически наклоняя седую голову и прислушиваясь то одним ухом, то другим, похожая в эти моменты на щекастую и важную сову.

И синяя богиня, улыбаясь, продолжала нашептывать ей сказку, и уже создавалось впечатление, что матушка только открывает рот — а говорит она сама, тихо и медленно. И вот ворон на стене вспорхнул со своей ветки, закружился, превращаясь в тонкую стремительную чайку, несущуюся по стене.

— … а наша синяя богиня родилась в женском теле на большом острове, теплом, омываемом щедрыми морями. Родилась в семье бедной, и мать ее была рабыней, и сама она жила рабыней.

Пока не увидел ее властитель тех земель и не возжелал себе. Потому что она была красива — черноволоса, среброглаза и белокожа. И так велика была сила внушенной ею любви, что он сделал ее равной себе, а затем и сам поклонился ей. Остров стал ее вотчиной без единого удара, без капли крови — мужчины просто не могли противиться ей. Было у нее трое мужей, и каждый клялся служить ей. И Синяя дала людям понимание движения морских течений, мореходство, научила, как добывать драгоценный жемчуг и плести сети. Часто летала она огромной чайкой над морской гладью, следила за людьми на острове, и нигде в ее владениях больше не смели обижать женщин."

"«Да, — вспоминала синяя с улыбкой, — трое мужей. На троих был поделен остров, на котором она родилась в рабстве, и невозможно было предпочесть кого-то, чтобы остальные не начали войну. Так и жила, управляясь с ними тремя, где хитростью, где силой, где покорностью. Так и пошла традиция многомужества.