Его лицо было холодным и угрюмым. Меня снова начало мутить.
Только сейчас я заметила, что Таркина ранили в шею. Рана успела покрыться коркой, и сейчас, когда он качнул головой, чешуйки запекшейся крови посыпались на пол.
— Оставьте нас, — велел он.
Все послушно вышли, не смея оглянуться.
В прошлый раз я совершила отвратительный поступок, замарав себя ложью, а потом и воровством. Я проникла в его разум, убедив Таркина, что я — невинное, безобидное создание. Я не сердилась за присланный кроваво-красный рубин.
— Слышал, вы обе очистили дворец. И помогли очистить остров.
Его слова звучали глухо. Безжизненно.
— Твои солдаты храбро сражались бок о бок с нами, — сказала Мор.
Таркин пропустил ее слова мимо ушей. Его бирюзовые глаза смотрели только на меня. Он видел все: мои доспехи, кровь на них, мелкие раны. Заметил он и кольцо на моем пальце — подарок Риза, знаменующий истинность нашей пары. Сапфировая звезда потускнела.
— Я думал, ты явилась доделать начатое, — сказал он мне.
Я застыла на месте.
— Вначале я услышал, что ты вернулась к Тамлину. Потом узнал о падении Двора весны. Там произошел бунт, и двор, что называется, обрушился изнутри. Ты исчезла. А когда я увидел иллирианские легионы над Адриатой… подумал: настал и наш черед. Я решил, что вы явились помочь Сонному королевству окончательно добить нас.
Вариан не сказал ему о послании, отправленном Амрене.
— Мы бы никогда не вошли в союз с Сонным королевством, — сказала Мор.
— Я веду разговор с Фейрой Аркерон.
Эти слова и сам тон были как пощечина. Мор ощетинилась, но смолчала.
— Почему? — спросил меня Таркин.
Солнце играло на его доспехах, чешуйки которых напоминали рыбью чешую.
Я не понимала, о чем он спрашивает.
— Наши мечты совпадают, — только и могла ответить я.
Единый мир, где фэйри низших сословий больше не должны скрываться от глаз знати. Мир, что лучше нынешнего. Противоположный тому, за который сражался правитель Сонного королевства и его союзники.
— И этим ты оправдываешь совершённую кражу?
У меня замерло сердце.