Понятия не имела, была ли это их нормальная реакция или настораживающий знак, но когда Перри шагнул вперед, перед Бурей возник палевый вольвен и прижал уши. Перри поднял брови.
– Это ты, Вонетта?
Это была она.
Вольвенка не ответила, только продолжала пристально смотреть на атлантианца. Ее тело напряженно замерло. Если Вонетта и Перри были раньше в хороших отношениях, сейчас это, похоже, не имело значения. Но если Перри позволено называть принца Касом, я полагала, что ему можно доверять.
Я проследовала по ванильно-дубовому отпечатку Вонетты.
Спустя мгновение тишины в мои мысли вкрался шепот Вонетты: «Каса уже предавали друзья».
Что ж, она была права. «Все равно, дай ему шанс».
Вонетта бросила на меня лукавый для вольвенки взгляд, но отошла на несколько шагов.
– Херня, – повторил Рауль.
– Что ж, если это не подтверждение других слухов, то не знаю, что это. – На красивое лицо Перри вернулась улыбка, и он посмотрел на меня. У меня во рту возник свежий, шипучий вкус.
Никто не стал за меня отвечать.
– Можно называть меня Пенеллаф, – решила я.
Улыбка Перри стала шире, появились кончики клыков.
– Хорошо, Пенеллаф, я могу помочь вам спуститься?
Я кивнула. Рауль придержал Бурю, а Перри помог мне сойти на землю.
– Спасибо, – сказала я.
– Не за что. – Держа мои руки, он перевел взгляд на Кастила. – Вполне в твоем духе: появиться после стольких лет отсутствия с хорошенькой женой.
Кастил спешился с раздражающей легкостью.
– Люблю эффектные появления.
Он обошел меня и высвободил мои руки из рук Перри.
Перри взглянул на Киерана.
– Поскольку этот оболтус с тобой, значит, и Делано вернулся? Что-то я его не вижу.
– Вернулся. – Кастил переплел наши пальцы. – Скоро придет.
Улыбка снова озарила лицо Перри. Я решила, что улыбается он постоянно. Но сейчас изгиб его губ сопровождался дымным вкусом влечения.
– Не знаешь, где мои родители? – спросил Кастил.
Перри кивнул на здание, купол которого окружали коленопреклоненные каменные солдаты.
– Я тебе потом все расскажу, – обратился Кастил к Перри, а потом заговорил с Раулем: – Позаботишься о наших лошадях?
– Разве это не моя работа? – возмутился Рауль. У меня вырвался удивленный смешок, отчего Кастил нежно сжал мою руку. – По крайней мере когда я в последний раз проверял. Если я уволен, мне об этом никто не сообщил.
– Мы об этом никогда и не подумаем, – ответил с ухмылкой Кастил.