Надеюсь, это курьер, потому как прошло уже явно больше часа. А ещё облегчение испытываю, что нашёлся повод прервать разговор, потому что, как бы мы ни хорохорились друг перед другом, прошлое отпустить так до конца и не получилось. Сделать вид, что простил легко, улыбаться при случае не сложно. Из сердца боль вырвать с корнем, порой, непосильная задача.
Распахиваю дверь и смотрю на худого парнишку в фирменной кепке с эмблемой пиццерии, в тоненькой ветровке, синих джинсах и потёртых конверсах. В руках большая плоская коробка с пиццей, а сверху несколько пластиковых боксов поменьше.
— Доставка пиццы! — рапортует высоким голосом и поднимает на меня взгляд зелёных глаз. Всё его лицо покрыто яркими веснушками настолько густо, что вызывает невольную улыбку. Смешной парнишка… или всё-таки нет?
Секунду всматриваюсь в лицо и доходит, что это девушка, без вариантов, даже голову готов на плаху положить. Интересно, она хоть совершеннолетняя? Или нынче и детский труд в почёте?
— Отлично, давайте сюда, а то ещё надорвётесь.
Она кидает на меня задумчивый взгляд, но с ношей расстаётся с явным облегчением. Пока несу коробки на кухню, размышляю о том, что такой худышке не мешает плотный ужин. Может, уговорить остаться?
— Я Родион, кстати, но лучше Роджер.
Девушка хмурится, но молчит. Чувствую досаду на самого себя, что аж впору зубами скрипеть. Вот какого чёрта я удумал знакомиться? Делать больше нечего?
— Распишитесь, пожалуйста.
Протягивает какую-то бумажку, отводя взгляд, а мне хочется снять с неё эту дурацкую кепку и понять, какой именно оттенок рыжего имеют её волосы.
Отдаю деньги, девушка пересчитывает и кивает. Все эти манипуляции занимают не больше минуты, а у меня внутри что-то отвратительное шевелится, когда она снова взгляд на меня поднимает. Она кажется юной, совсем ещё ребёнок, а в глазах такая боль мелькает, грусть затаённая.
Чёрт, я старый извращенец, наверное, но почему-то захотелось схватить её за плечи, тряхнуть хорошенько и рассказать заставить. Что так тревожит, что несчастной настолько делает? И почему меня вообще это волнует?!"
"— Приятного аппетита! — выкрикивает, как пионер на линейке, поворачивается спиной к двери, и я вижу, что её волосы, собранные в густой низкий хвост, того красивого оттенка красного золота, который на солнце огнём горит.