Стоял в подъезде кино, у закусочной с зелено-желтой вывеской, перед булочной, но тот высокий человек в белой кавказской рубахе больше не появлялся. Однажды Миша снова залез в подвал, но к складу Филина он уже пробраться не смог – проход был завален.
Репетиции подходили к концу, приближался день спектакля, и Шура настойчиво требовал реквизит.
– Раз ты администратор, – говорил он Мише, – то должен заботиться. Декорации мы сами сделаем, а чем наводить грим? Дальше: парики, кадило… Все это ты должен достать. Я загружен творческой работой и не могу отвлекаться на хозяйственные дела.
Митя Сахаров денег не давал. Тогда Миша решил организовать лотерею. Для выигрыша он пожертвовал свое собрание сочинений Н. В. Гоголя в одном томе. Жалко было расставаться с Гоголем, но что делать! Не срывать же спектакль.
Сто лотерейных билетов, по тридцать копеек каждый, были быстро распроданы. Только Борька не купил билета, пытался сорвать лотерею, кричал, что выигрыш обязательно падет на Мишин билет и Миша деньги прикарманит.
Борька дружил теперь с Юркой Скаутом. И для того чтобы отвлечь ребят от драмкружка, Юра с Борькой устроили воздушную дорогу. Она состояла из металлического троса, протянутого над задним двором с угла на угол. Один конец троса был прикреплен к пожарной лестнице на высоте второго этажа, другой – к дереву на высоте первого. По тросу двигалась на ролике веревочная петля. «Пассажир» усаживался в петлю, отталкивался от лестницы и вихрем пролетал над задним двором.
Первым прокатился Борька, за ним – Юра, потом – другие мальчики.
Эта затея привлекла всеобщее внимание. Пришли ребята из соседних домов. Из окон смотрели любопытные жильцы. Дворник Василий долго стоял, опершись на метлу, и, пробормотав: «Баловство одно!», ушел.
Вдруг Борька остановил дорогу и, пошептавшись с Юркой, объявил, что бесплатное катание кончилось. Теперь за каждый раз нужно платить пять копеек.
– А у кого нет, – добавил он, – сдавай Мишке билеты и получай обратно деньги. На кой вам лотерея? Все равно ничего не выиграете.
Первым к Мише подошел Егорка Голубятник, за ним – Васька Губан.
Они протянули Мише билеты и потребовали обратно деньги. Но Генка заслонил собой Мишку и, подражая продавцу из булочной, слащавым голосом произнес:
– Граждане, извиняюсь. Проданный товар обратно не принимается. Деньги проверять, не отходя от кассы."
"Поднялся страшный шум.