— И как ему тут живется? У него есть отдельная комната?
— Ну, Ал… — замялся мечник. — Он хотел кое-что уточнить. А живется ему очень хорошо!
— Ты уверен? — с недоверием уточнил Шен.
«Естественно, я уверен! — мысленно фыркнул Муан. — Я же как ушел вчера утром, так и не дал ему никаких заданий! Но вот когда я до него доберусь, вот тогда он заживет…» Он так выразительно думал, что губы расплылись в предвкушающей усмешке, а Шен все услышал.
Он рассмеялся, а затем произнес:
— Кажется, теперь мне придется приходить на пик Славы почаще и проверять, не издеваются ли над моим бывшим учеником.
— Да над этим мальцом так просто не поиздеваешься! — с наигранным негодованием воскликнул Муан, мысленно полностью поддерживающий желание Шена приходить на пик Славы почаще.
Прошли те времена, когда Ал был хлипким мальчишкой, что боялся лишнее слово сказать, теперь он мог дать отпор даже Муану, что уж говорить про его учеников.
— Ты воспитал чудовище, — вздохнул мечник.
— Я его не воспитывал.
— Это точно! А стоило бы! Ну ничего, я постараюсь выбить из него кое-какую дурь, хотя боюсь, что уже может быть поздно…
— Ты сам отказался обучать его, когда я осенью просил об этом, — заметил Шен, все же потянувшись за десертом.
— Не напоминай, — кисло отозвался старейшина пика Славы. — Я уже многократно пожалел об этом.
Шен тихо фыркнул и в два укуса съел пирожное.
Когда они со старейшиной пика Славы вышли наружу, Шен услышал странные шепотки и увидел искоса кидаемые на него взгляды со стороны Муановых учеников.
Предполагалось, что он услышит что-то про недостойный вид проклятого старейшины, однако то, что он услышал, повергло его в шок.
— Они встречаются? — шептали окружающие.