— Почему вы вернулись?
— Ты же, наверное, слышала про то, что случилось в Хэфане. Похоже, грядет столкновение с отступнической сектой Хладного пламени. Не знаю, где оно будет, но многие говорят бежать из города. Может, и тебе стоит уйти?
Иль Ло замотала головой.
— Нет, лучше останусь в монастыре! У него высокие стены, да и войны обычно обходят монастыри стороной. Уверена, там будет безопасно!
Аннис не стала спорить. Она до конца не была уверена, что происходит, и чего следует ожидать. Чтобы как-то прояснить ситуацию, стоило найти Ала и обсудить все с ним.
Старейшина Рэн махнул рукой Лунг Риту, взявшему направление левее от него, и спустился на неказистую улочку на восточной окраине города. Он, один из немногих, воочию лицезревший то, что осталось от Хэфаня, понимал всю важность поисков печати. Он намеревался приложить все усилия и первым заметить ее контур или опорную точку.
Сгустившиеся сумерки прорезали редкие фонари. В части города, где оказался Рэн, с наступлением темноты стало безлюдно. Запах помоев смешивался с вонью мокрой шерсти, издалека слышался многоголосый лай собак. На всякий случай Рэн чуть выдвинул меч из ножен.
Не считая далекого лая, на улице было очень тихо. Рэн прислушивался к вибрациям духовной энергии, но чувствовал лишь обычный городской гул. Неожиданно показалось, что сзади кто-то идет.
Но не успел он сделать и шаг вперед, как прямо за ним возникла темная фигура, и спустя мгновение мир старейшины пика Росного ладана погрузился в темноту.
Глава 224.2. Два
Полы шатра трепетали от сильного ветра. Из факелов срывались снопы искр. К ночи ветер разгулялся, холодом проник под алые одежды хозяина Проклятого пика, черными волосами хлестнул по щекам.
Шен раздраженно скрутил волосы в жгут и попытался спрятать за шиворот. Муан, собравший свои волосы в высокий хвост, со снисхождением посмотрел на него.
— Я доложу, — произнес сопровождающий их солдат и скрылся в шатре.
Спустя мгновение вперед него из шатра выскочил великий генерал. Окинув младшего брата оценивающим взглядом и чуть споткнувшись на стоящем рядом старейшине пика Славы, Ир Шуэр расплылся в улыбке.