— Хотел бы я знать, кто он такой?
— Ивор Гарру, флайт-офицер, — неожиданно ответила Лора Морган. — Ему присвоили какое-то новое звание, но я так и не поняла, какое.
— Откуда вы знаете? — удивился Ник. — Его имя по медиа не звучало. Уж я бы запомнил.
— Он наш парень из Милады. Родился в трущобах Соппеля. А имя я знаю, потому что он приходил к моему дяде, что работает на электростанции. Приглашал его на корабль инженером по реакторам. Дядя отказался. И похоже зря. Кто же думал, что Гарру даст жару?
Никто не думал.
Прошло ещё полчаса. Все это время в Нике росло воодушевление. Парень нравился ему, он явно знал, что делает. И в смелости ему не откажешь.
Его воодушевление достигло предела, когда рейдер и вражеский крейсер устремились навстречу друг другу, словно древние рыцари на поединке. Только вместо копий они без перерыва стреляли из орудий.
— Не имеете желания ему помочь? — неожиданно для себя спросил Ник у Лоры.
— А это возможно?
Она смотрела на него точно на волшебника, который может вынуть кролика из шляпы. Только ради этого взгляда стоило предложить столь безумную идею.
— Попытка не пытка, а сержант? — подмигнул он Лоре.
— Да, сэр, — машинально ответила он, все еще пожирая его глазами.
— Почтовые станции стреляют, верно? — спросил он.
— Да, сэр. Но ведь это информационная капсула!
— А в чем отличие от снаряда?
— Ну…
— Отличие в более высокой точности, скорости и чуть большей массе, что согласно простейшему уравнению даст нам гораздо большую кинетическую энергию, то есть могущество, выражаясь языком артиллерии, — весело сообщил Ник.
— Но разве наш ускоритель можно навести на орбитальный объект?
— А вот это мы сейчас и проверим. Сержант, капрал, вы с нами?
Теперь уже трое смотрели на него как на божество.
— Отлично! — Ник кивнул. — Я не сомневался в вас.
— С чего начнем, сэр? — спросила Лора.
— В первую очередь всем следует облачиться в скафандры. А затем, Лора, подготовьте снаряд с пустой матрицей, без паруса и генератора и дайте мне точную массу.
В зале управления началась привычная суета с непривычным уровнем напряжения. У них появилась цель, возможно, самая главная цель во всей их карьере, а то и в жизни.
Кое о чем Ник умолчал.