Сканеры не помогли, а нейтринный телескоп, называемый космолётчиками «циклопом», неожиданно зафиксировал падение плотности потока нейтрино на порядок. Нет, он ничего не увидел, но впечатление складывалось такое, будто луч был чуть ли не на девяносто процентов поглощён некоей «пустотой» в центре «бублика», действительно формировавшейся в «ось» диаметром примерно двадцать километров.
– Ну, и что это за безобразие, по-вашему? – осведомился капитан Бугров.
– Это вопрос к Игорю Ильичу, – парировала Фьоретта.
Иван порозовел под весёлым взглядом Альберта Полонски, подмигнувшего ему.
– Внимательность Ломакина – нормальное явление, – оценил слова Месси Бугров. – Выпускаем дрон.
Через несколько минут беспилотный робот класса «привидение», с виду ни дать ни взять – почти точная копия медузы, покинул борт космолёта и взял курс на дыру «бублика» диаметром две тысячи шестьсот километров.
Пока он добирался до середины дыры, Бугров связался с лагерем экспедиции и сообщил Шустову о возникших у экипажа подозрениях.
– Мы начали бурить щит под нами, – доложил глава отряда, – в трёх местах для сравнения. И у нас тоже появились кое-какие подозрения.
– Держите меня в курсе.
– И вы нас тоже.
– Могу слетать к центру дырки, – предложил Филипп Каледин, занятый меньше других; он слышал переговоры начальства.
– Не предпринимайте никаких самостоятельных действий, – отрезал Бугров. – Занимайтесь своими делами. Если понадобится, мы с вами свяжемся.
Дрон добрался до центральной «оси» «бублика» за три минуты. Вернее – почти добрался. Внезапно что-то произошло, словно судорога передёрнула пространство впереди него, и он помчался прочь от «оси» с той же скоростью.
Иван, контролирующий полёт беспилотного робота, отреагировал командой «стоп-форсаж».
Дрон завис, разворачиваясь, разглядывая пустоту перед собой окулярами видеокамер и полевых регистраторов.
– «Вулкан»! – скомандовал Бугров. – Не боевой.
Иван подал команду включить лазер в режиме «ощупывания».
Экраны, принимающие изображения с камер дрона, остались пустыми.
– Ход!
Беспилотник снова устремился к центру дыры «бублика» и через мгновение оказался развёрнутым на сто восемьдесят градусов.