Они подошли к окну и уставились на бухту. Один смотрел через линзы монокуляра, другой в оптический прицел винтовки.
– Неплохо бы перенести сюда телескоп вашего друга, – проворчал тот, что с винтовкой.
– Ну, попробуйте, отнимите у него телескоп. Ночью он прикончил вооруженного автоматом человека, вошедшего к нему без приглашения, топором, – усмехнулся Михаил.
– Боже правый, Миша, ты видишь это?! – воскликнула Собески, указав в сторону огромного корабля.
– Да, милая, – кивнул он и снова оторопел. Палуба корабля вдруг начала с невероятной скоростью затягиваться густыми клубящимися облаками белесого дыма.
– Мой Бог, – выдохнул ополченец с биноклем и тут же толкнул локтем своего напарника. – Это реактивная система залпового огня! Они стреляют по берегу русских! Беги к Риггзу и доложи ему, немедленно!
– Окей! – кивнул стрелок со снайперской винтовкой, и как только он выскочил из комнаты, все услышали завывающий свист и следом еще один.
Мгновенно побледневший ополченец с биноклем теперь обращался к Оливии и Михаилу:
– Это минометы! Это уже по нам! Быстро спускайтесь вниз!
* * *"
"Андрей Жаров не мог прийти в себя, глядя на тела двух соратников из числа экипажа тральщика. Один погиб сразу. Второй еще пару минут назад истошно кричал, потеряв руку. Но теперь и он затих, и пульс не прослеживался в его теле.
Тральщик набрал достаточную скорость и двигался на полном ходу к Вилючинску. С большого корабля было сделано еще три залпа вдогонку, но мичман Самсонов, умудрившийся провести корабль через цунами, снова проявил свое мастерство, маневрируя тральщиком. Взрывы поднимали фонтаны воды совсем рядом или в кильватерном следе. Больше поразить корабль враги не смогли. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не Герман Павлович.
Итак, после трех тщетных залпов, враг прекратил попытки уничтожить тральщик. Но они решили сделать кое-что иное…
– Андрей!!! – крикнул кто-то из команды. – Андрей, смотри, что это?!
Жаров отвел, наконец, взгляд от погибших товарищей и уставился в сторону вражеского вертолетоносца.