Мы не станем выгонять вас на улицу, и вам необязательно покидать нас сегодня же. Просто вам больше небезопасно находиться здесь. – Она сделала паузу. – Пожалуйста, знайте, что мы вовсе не хотим так с вами поступать. Однако мы пришли к выводу, что это лучшее решение. Во благо всех, кто остается среди наших стен.
– Семя, готовое прорасти, может погубить целый сад, – повторила Селина с горечью в голосе.
Снова вздохнув, мать-настоятельница кивнула. Сжала руку Селины. И отпустила.
Выпрямившись, Селина встретила взгляд монахини, окаймленный морщинками.
– Спасибо, что дали мне шанс начать жизнь в новом мире, Mère Supérieure. Я… не знаю, что бы со мной стало, если бы не этот шанс.
– Конечно, моя дорогая. Да пребудет с вами Бог. Да будет ваша жизнь щедра и наполнена смыслом. – С этими словами, после мимолетных колебаний, мать-настоятельница развернулась в сторону монастыря, ее крест колыхался в такт ее движениям, а запах ланолина и лечебного масла следовал за ней по пятам.
Селина стояла под дождем какое-то время, Пиппа ждала рядом, молча стирая со щек слезы тыльной стороной ладони.
Пиппа сняла шаль со своих плеч и накинула на Селину.
– Ты дрожишь.
– Разве? – Голова Селины гудела все сильнее. Она коснулась своего виска и нащупала шишку на том месте, где ударилась головой об пол, когда убийца швырнул ее в сторону.
– Завтра я расспрошу остальных девушек в женской организации, – продолжила Пиппа.
– Спасибо, – пробормотала Селина, – но лодка в Тартар переполнена. – Последние слова она вымолвила вполголоса. «Я титан, в конце концов», – добавила она про себя.
– Прости, я не расслышала, дорогая. – Бесконечное терпение звучало в голосе Пиппы.
– Я сказала: спасибо, но я разберусь с этим делом сама, – Селина едва удержалась, чтобы не стиснуть зубы, понимая, что неправильно будет выплескивать свои эмоции на подругу.
Пиппа нахмурилась, выдавая собственное негодование.
– Тебе необязательно делать все в одиночку, Селина. Ты не виновата в том, что какой-то сумасшедший решил преследовать тех, кто близок к тебе. Как не твоя вина и то, что тебя попросили покинуть монастырь."
"– Даже если бы мать-настоятельница не попросила меня уйти, я бы ушла по собственной воле. Мне небезопасно оставаться здесь. Будет лучше… если я никогда больше не покажусь поблизости.
– Понимаю.