– Если вы говорите искренне, я могу вам в этом помочь.
– Уверена, вы будете только рады помочь мне исчезнуть, месье, – пошутила Селина.
Выражение его лица стало задумчивым.
– Я имел в виду, я могу помочь вам забыть.
– Вы можете помочь мне… забыть?
Никодим твердо кивнул.
– Для этого достаточно всего мгновения. Вы ничего не почувствуете, и для вас это не будет иметь никаких болезненных последствий. – Он говорил так, словно приглашал ее на пикник на лужайке во дворе своего поместья.
Селину это выводило из себя.
– И как же вы объясните эту внезапную выборочную амнезию?
– Я не храню секретов от своего племянника. Себастьян будет знать, что это ваш выбор. И, соответственно, он будет уважать его.
Музыка стихла, танцующие в бальном зале медленно остановились. Мысли неслись, как ураган, но Селина наигранно засмеялась, захлопав в ладоши вместе с остальными, аплодируя завершившейся песне.
Дядя Бастьяна обладал талантом забирать чужие воспоминания.
Одна лишь мысль об этом напугала Селину, напугала больше, чем все, что он сказал до этого.
Нет. Безопаснее будет договориться о возможности остаться в Новом Орлеане."
"Селина приняла протянутую руку Никодима и отправилась вместе с ним на другой конец бального зала, раздумывая над новым планом.
– Месье граф, я должна извиниться. Когда я сказала, что лучше мне будет покинуть город, я имела в виду, что это будет самым рациональным решением. – Она сделала паузу. – Однако, как вы уже сами заметили, мои эмоции являются моей слабостью. Я понимаю, что полюбила Новый Орлеан, и не желаю его покидать. – Она вздрогнула, как будто страх охватил ее плечи. – Но у меня нет никакого желания отказываться от своих воспоминаний, а также я не хочу вступать с вами в борьбу.
Граф скрестил на груди руки, по его лицу невозможно было догадаться, о чем он думает.
– Вы не станете вынуждать Себастьяна делать выбор между нами двумя?
– Бастьян уже потерял большую часть своей семьи, – сказала Селина. – Поэтому я отвергну его, как вы и попросили.
Никодим долго молчал.