Она посмотрела ему прямо в глаза, так же холодно и сурово, чувствуя, как сердце стучит под ребрами. Селина ждала, когда он попросит их удалиться. В конце концов это здание принадлежало его семье. И неважно, что кто-то другой скажет иначе, было очевидно, что именно Бастьян заправлял Львиными Чертогами, начиная с резного потолка и заканчивая змеей, снующей по мягким коврам.
Люцифер в логове львов.
Однако Бастьян промолчал. Выражение его лица смягчилось, плечи опустились. Прежде чем Селина успела сделать выдох, очаровательная улыбка заиграла на его губах с таким природным достоинством, какое присуще лишь аристократам.
Наблюдая за этой трансформацией, Селина пришла в ярость.
Бастьян поклонился Пиппе.
– Добро пожаловать в «Жак», мадемуазель. Я Себастьян Сен-Жермен. C’est un plaisir de faire votre connaissance[61]. – Как виртуозный хамелеон, он склонился, чтобы поцеловать ей ручку.
Хотя щеки Пиппы порозовели от его прикосновения, она прочистила горло. Выдернула пальчики из его руки.
– Мы уже знакомы, сэр.
Селина не сдержала ухмылки.
– Quel charlatan![62] – Одетта фыркнула, делая глоток вина. – Они знают, кто ты такой.
Бастьян ничуть не смутился от этой насмешки над собой.
– Однако, как я полагаю, мы не представились друг другу официально.
– Тогда permettez-moi[63]. – Лукавая искра блеснула в зрачках Одетты. – Сногсшибательная юная особа справа от тебя с вороной копной волос и глазами, точно египетские изумруды, Селина… – она вдруг замолчала и рассмеялась. – Я только что поняла, что не знаю твоего полного имени, mon amie.
Селина протянула руку, всем своим видом показывая равнодушие.
– Меня зовут Селина Руссо.
Бастьян принял ее руку. Она почувствовала его мимолетное сомнение за миг до того, как он взял ее ладонь в свою. Легкую дрожь, точно он сделал ошибку в своих рассуждениях и осознал это слишком поздно. Огонь прокатился волной по ее руке, медленно разливаясь, словно существо в ее крови желало насладиться прикосновением. Прежде чем Бастьян успел наклониться, чтобы поцеловать ее руку, она отдернула свои пальцы.
На его лице промелькнуло чувство, которое Селина не смогла прочесть, оно появилось и исчезло, прежде чем она успела его осмыслить. Затем улыбка Бастьяна приняла дикий изгиб, усмешку. Безмолвный вызов.
Это придало Селине еще больше сил. Если он собирается играть с ней в игру, она просто-напросто сыграет лучше. Селина покосилась на Пиппу и наклонила голову, позволив многозначительному огоньку блеснуть в глазах.