– Детектив Гримальди, я любезно прошу вас не забывать, что здесь присутствуют дамы. – Ее голос дрогнул на последнем слове, но руки, опущенные по бокам, сжались в кулаки. – Более того, я попрошу вас проводить свой опрос в ускоренной манере. Мы ждем здесь уже достаточно долгое время, и, скорее всего, мать-настоятельница урсулинского монастыря не будет рада нашему позднему возвращению.
Детектив Гримальди крутанулся на пятках.
– Вы проживаете в монастыре? – сначала он посмотрел на Селину, ожидая ответа. Она прикусила язык, отказываясь отвечать, чувство стыда все еще жгло ее вены.
"– Да, – отозвалась Пиппа, гордо сделав шаг ближе к Селине. – Проживаем. – Она вдохнула через нос. – Как и… – сглотнула, – проживала и Анабель.
– Анабель? – Он вопросительно уставился на Пиппу.
– Молодая девушка, которая сегодня покинула этот мир, – тихо объяснила Селина.
Майкл Гримальди уставился на нее на мгновение, прежде чем кивнуть.
– Тогда получается, вы знали эту бедную девушку?
Руки Селины тоже сжались в кулаки, и ногти вонзились в ладони.
– Да. Она была одна из нас. Одна из семерых девушек, которые недавно поселились в монастыре. Ее звали Анабель… – Она взглянула на Пиппу.
– Стюарт, – сказала Пиппа дрожащим голосом. – Анабель Стюарт из Эдинбурга.
– Понимаю, – задумался детектив. – Мисс Стюарт пришла сегодня сюда с вами?
Пиппа бросила косой взгляд на Селину.
– Ну…
– Мы не знали, что она отправилась за нами, – сказала Селина, будучи не в силах больше гневаться. Теперь, когда Пиппа сказала, что они были знакомы, лучше уж рассказать всю правду сразу, а не оттягивать и ждать, пока детектив заставит их во всем признаться.
Хотя Селина была бы не прочь посмотреть, как он будет пытаться.
И снова чувство вины сдавило ей горло. Как она может наслаждаться тем, чтобы стоять на пути у юного детектива, которому поручили задачу наказать негодяев, погубивших Анабель? В конце концов, Селина отчасти тоже была виновата в том, что случилось сегодняшним вечером.
То, о чем она размышляла ранее, тот момент, когда она поняла, что вечно принимает неверные решения, заставил ее содрогнуться.
Лучше уж быть кем угодно другим.
Призраком в ночи, что повелевает всеми вокруг без слов.