Красавица и ее чудовище

Там, на поверхности, среди ненавистного для четэри дня, для того чтобы отключиться, ей потребовалось гораздо меньше магического воздействия. Интересно, почему? Сказался стресс от потери спутника? Кем же он ей был? Возлюбленным, братом, другом или просто охранником? Хотя, по сути, это все уже неважно – парень мертв. Здесь, в стенах Харон-се, пленница взяла себя в руки и решила побороться за ясность ума, упорно пытаясь вырваться из крепких объятий навеянного им сна. Смешная. Своим поведением она вызывала в Рагнаре симпатию и сочувствие, которое он усилием воли задвигал куда подальше, напоминая себе, что случайностей не бывает, и эту самую Лоэль ему послали Высшие силы.

Четэри взывал к ним почти месяц, не надеясь на отклик. Но в канун ритуального обмена они все-таки соизволили отозваться, приняв облик незнакомой Харонэссы. Она связалась с ним через Магическое зеркало и продала за определенную плату (за которой, кстати, еще должен был явиться ее посланец) сведения о потенциальной рабыне, волей случая очутившейся неподалеку от его владений.

Не суть, что у серолицей информаторши были необычно синие глаза странного разреза (чего еще можно ожидать от Высших сил?). Неважно, что гостей из другого мира не засекли его соседи (не для них был послан этот «подарок», не им его и забирать). И то, что человек, сопровождавший девушку, обладал отнюдь не человеческими способностями, тоже теперь не имело никакого значения, ведь препятствия только делали победу слаще. Черному Харону срочно нужна была рабыня. Еще одна, помимо его милой Грэты. И он получил ее. Именно сегодня, в день Аваргалы, точнее… уже в ночь. Такая удача выпадала не часто и имела привкус предопределенности. Сладкий привкус с примесью неизвестности. Осталось чуть больше часа до того судьбоносного момента, когда он либо потеряет все, либо приобретет то, чего так жаждет.

И все-таки Рагнару было жаль пленницу. Как ни давил он в себе это несвойственное четэри чувство, оно подкрадывалось вновь и вновь, стремясь затопить своим ядом его черное сердце.

Слишком долго он общался с человеком, слишком… Наверное, потому и сам очеловечился. В чем-то. К счастью для них обоих, далеко не во всем."

"Длинные ленты серебряным дождем спадали вниз, тонкая ткань платья едва прикрывала молодое женское тело. Харон окинул его оценивающим взглядом и вяло улыбнулся. Хорошенькая… для человека. Но не это нравилось ему в ней.