У нас с вами недопонимание вышло.
— Внимательно слушаю.
— Вы нас неправильно поняли, Глеб Евгеньевич. Вы лично нам никак не мешаете и на своем месте вполне устраиваете. Сидите с миром.
— О как…
— Визит был нанесёт по другую душу. Но судьба расстаралась вперед нас, нужный нам человек уже наказан. Поэтому никакого ни личного, ни профессионального интереса к Вашему отделу мы больше не имеем.
— Гузов?
— Да.
— Зачем Вам такая маленькая сошка?
— Личное дело. Он обидел женщину из моей семьи пользуясь своим служебным положением.
— Что ж Вы сразу-то… не сказали! — зло. — Решили бы всё тихо-мирно. По-свойски.
— Вот и я говорю — недопонимание. Предлагаю разойтись с миром и продолжать спокойно работать.
Тишина…
— Дядька!.. — дергаю его. — Настя.
Закрывает микрофон.
— Тихо! Нельзя про Настю пока…
Прикусываю язык. Дядька в переговорах с террористами прокачан в отличие от меня. Надо доверять.
— Инцидент с майором Зольниковым мы тихо замнём. В отчётах будет всё чисто.
— Дайте-ка угадаю. А взамен на эту толерантность к моему отделу, я должен отдать Вашему племяннику свою любимую жену?
Жива Настя?.. Прислушиваюсь к его интонациям. Нервные интонации… Но поводов нервничать у него выше крыши.
— Нет, — уклончиво съезжает дядька.
— Что ж тогда?
— Мы всего лишь желаем убедиться, что она в порядке. И что ей ничего не грозит. Я забочусь о людях, которые помогли моей семье. Если с ней всё будет благополучно, то и с Вами, подполковник, тоже. А Ваша личная жизнь — это Ваше дело.
— Ну да.
— Подумайте. Благополучная безбедная жизнь в другой стране никогда не заменит ощущения той власти, которую Вы имеете здесь. Здесь Вы хозяин города, подполковник. Там — никто. Состоятельный никто. Я таких могу пачками ежедневно упаковывать до выяснения обстоятельств. На два года. И ты можешь. А там… Там пенсия, — брезгливо ухмыляется дядька. — Подумай, Глеб Евгеньевич.
— Увы, я не могу доверять Вашему слову, подполковник.
— Это проблема, да. Может, у Вас есть предложение как решить нашу общую задачку? Не хотелось бы резни…
Торги затягиваются.
В какой-то момент я понимаю, что ни на какие наши условия он не пойдет. Ему надо, чтобы мы пошли на его условия.