— Мы поговорим об этом деле позже, на общем собрании Стаи. Вероятно, нам ещё потребуется исполнить Великую Песнь, но сначала нужно позаботиться о Кувыркушке. Сейчас самое главное — обеспечить ему безопасность."
"Аккуратно сжав щенка своими челюстями, Альфа вынесла его из расщелины под теплый свет Собаки-Солнца. За Альфой последовал Счастливчик, а за ним — остальные собаки. И никто их них не оглянулся на Грозу. Она стояла в холодной полутьме расщелины и молча наблюдала за тем, как сородичи от неё отворачиваются.
А хуже всего было то, что Гроза не могла их винить.
«О, Небесные Псы! — ужас побежал по жилам Грозы, поглотил её всю целиком. — Что я наделала…»
Глава двадцать первая
Гроза лежала на брюхе посередине лагеря, вытянув перед собой лапы. Голову собака держала высоко и опускать не собиралась. Вокруг неё сидели все члены Стаи, и, невзирая на то, что она сделала, Гроза не желала выглядеть униженной и оплёванной.
«Я совершила ужасный поступок. Но я не хотела этого делать!»
Собака-Солнце дышала на спину охотницы приятным вечерним теплом, но кровь в её жилах почему-то леденела. «Я уже, наверное, никогда не согреюсь…» — с грустью подумала Гроза, моргнула и попыталась заглянуть в глаза своим сородичам.
Все они хранили молчание. Кто-то — угрюмое, кто-то — враждебное, кто-то — печальное. И все ждали, когда из своего логова покажутся Счастливчик и Альфа. Родители уложили Кувыркушку спать вместе с сестричками.
Собаки поняли: вожаки уединились, чтобы обсудить дальнейшую жизнь Стаи. И теперь все её члены ожидали их решения в неестественной тяжёлой тишине.
Гроза повела ухом. Ей показалось, что даже птицам передалось настроение поляны — они внезапно перестали петь. Где-то вдалеке послышался треск подлеска. Похоже, по нему проходили олени. Но никому из собак не пришла в голову мысль о поимке дичи.
Гроза наблюдала за выражениями собачьих морд.
В воздухе витало недоверие: подозрительность с душком враждебности. Некоторые сородичи выглядели более расстроенными, чем остальные — Микки, Дейзи, Солнышко и Ветерок. Но всё равно они не отваживались посмотреть ей в глаза Колючка и Жук мрачно уткнулись в землю. А что до Луны, Кусаки и Погони, то их неприязнь была почти осязаемой.