«Они все ждут приговора Альфы, — осознала Гроза. — Они ждут её слова, чтобы потом высказать мне всё, что они думают…»
И тут ей в голову пришла простая и ясная мысль — ей-то этого не надо!
«Чего мне ждать? Я знаю, что должна делать. Я поняла это недавно. И я должна была сделать это ещё вчера!»
По поляне поползли удлиняющиеся тени — Собака-Солнце, позёвывая и потягиваясь, направилась в логово спать. Гроза поглядела на темнеющее небо. Под камень стремглав удрала ящерка, в траве засуетились жуки. Гроза слышала возню этих крошечных созданий так отчётливо, словно все её чувства внезапно обострились до предела:
«Может, это потому, что я в них нуждаюсь? Больше, чем когда-либо…»
Наконец, у входа в логово Альфы наметилось движение.
А Гроза… Гроза не испытала ни страха, ни волнения. Напротив — когда из зева логова появились Альфа, Счастливчик и Хромой, по её телу разлилось такое спокойствие, какого она не ощущала уже давно.
Выступившие на середину поляны вожаки были очень серьёзными. Гроза поднялась на лапы и повернулась мордой к их мордам. И прежде чем Альфа раскрыла пасть, собака сделала шаг вперёд:
— Вам ничего не надо говорить, — сказала она и даже порадовалась тому, что её голос прозвучал ровно и чётко. — Я знаю, о чём вы разговаривали. Хотя в этом не было нужды.
Нервно взглянув на Грозу, Счастливчик присел на задние лапы. Но Альфа осталась стоять, внимательно слушая охотницу.
— Никто из вас мне теперь не доверяет. Некоторые собаки мне никогда не верили, другие… Вы стали мне доверять, когда я помогла спасти ваших щенков, но после этого… — Гроза откашлялась и облизала челюсти. Пожалуй, ей не стоило упоминать щенков — выражение на морде Альфы стало каменным, а несколько собак уставились на неё так, словно искренне усомнились, что они могли к ней хорошо относиться. — После того, что случилось с Кувыркушкой, я не могу вас винить. Я не заслуживаю вашего доверия.
При этих словах некоторые собаки заёрзали и обменялись неловкими взглядами. Другие оскалились, но не проронили ни звука.
— Я вот что хочу сказать, — спокойно посмотрела на Альфу Гроза. — Несмотря на то, что ум мой беспокойный, а тело может бодрствовать во сне, я бы никогда — никогда! — не причинила вреда этой Стае. Я прошу у вас прощения за то, что скрывала свой недуг. Это была ошибка. Я точно знаю, что никогда не стала бы вредить своим сородичам и тем более — щенкам.