Может быть, вид Сумеречного охотника, плененного мебелью, забавлял ее, может быть, она размышляла о чем-то своем, а может, поражалась тому, как по-дурацки он себя ведет."
"– Я могу сжечь все это и освободить тебя, – предложила она. Рука ее начала светиться, сначала оранжевым светом, потом алым, как раскаленный металл. Алек почувствовал, как железные трубы нагрелись и начали плавиться.
Алек с глубоким облегчением заметил за спиной чародейки Магнуса; за ним следовал Малкольм, с его волос и одежды капала вода из канала.
– Пожалуйста, не надо рисковать жизнью и конечностями моего бойфренда, – заговорил Магнус. – Я очень привязан и к тому, и к другому. Малкольм, прошу тебя, успокой свои… растения и прочие вещи.
Огонь, охвативший ладони Шинь Юнь, угас. Малкольм оценил обстановку и несколько раз хлопнул в ладоши, меняя положение рук. После каждого хлопка живые трубы отступали.
– А где Барнабас? – спросил Алек, стряхивая с себя щепки, обломки и мусор.
– Я предложил ему уйти, – сообщил Магнус.
– Каким образом? – продолжал Алек.
Магнус поразмыслил над ответом.
– Ну, хорошо, допустим, не совсем ненавязчиво.
Лицо Малкольма стало еще бледнее, чем обычно.
– Эта катастрофа просто ужасна, – объявил он. – Мне кажется, я лишился своего страхового депозита.
– Ты не вносил никакого страхового депозита, – напомнил ему Алек. – Ведь дворец принадлежал тому парню, Барнабасу.
– Ах да, и верно, – просветлел Малкольм.
Когда они покидали руины палаццо, Алек держал Магнуса за руку.
– Итак, насколько я помню, Алек спрашивал тебя, – обратился Магнус к Шинь Юнь, когда они проходили через остатки холла, – где ты была все это время?
– Когда здание начало рушиться, я была снаружи, во дворе, – объяснила Шинь Юнь. – Это стало для меня полной неожиданностью.
– Мы тоже помогали раненым, – сказал Алек, когда они спускались по ступеням главного входа.
Нижнюю часть лестницы перегородил гигантский кусок мрамора, отвалившийся от стены. Малкольм выглядел усталым, но они с Магнусом одновременно сделали магические жесты, и каменная глыба начала медленно сдвигаться в сторону.
Близился рассвет, и мраморные стены отливали фиолетовым.