Теперь мне придется искать новое палаццо на сегодняшний вечер.
– На сегодняшний вечер? – изумленно переспросил Алек.
– Разумеется, – ответил Малкольм. – Ты думал, что мы будем отмечать победу одну ночь? Шоу должно продолжаться!
Алек покачал головой. Он не мог себе представить, чтобы сейчас у кого-то еще возникло желание праздновать."
"Шинь Юнь опустилась на колени у тела Мори Шу, чтобы отыскать какие-нибудь следы. Мори Шу был чародеем, то есть бессмертным. Но все знали, что маги уязвимы. Любого мага можно ранить, убить.
Магнус снял свою серебристую маску и остановил нью-йоркских вампиров, прежде чем они успели уйти. Алек услышал, как Магнус, понизив голос, произнес несколько слов.
Алек чувствовал себя ужасно неловко из-за того, что подслушивал чужой разговор, но он не в силах был подавить инстинкты Сумеречного охотника.
– Как дела, Рафаэль? – спросил Магнус.
– Все раздражает, – огрызнулся Рафаэль. – Впрочем, как всегда.
– Знакомое ощущение, – съязвил Магнус. – Я его испытываю всякий раз, когда мы с тобой разговариваем.
Последовало секундное молчание, во время которого Магнус озабоченно хмурился, а Рафаэль рассматривал собеседника с нескрываемым презрением.
– Ах, так ты хочешь узнать, почему я не выдираю себе волосы и не царапаю лицо от горя по магу, убитому Сумеречными охотниками?
Алек открыл было рот, чтобы напомнить о том, что тот Сумеречный охотник, Себастьян Моргенштерн, перешел на сторону зла.
И вдруг он вспомнил, как Рафаэль торчал в том коридоре в одиночестве и набирал сообщения адресату с инициалами «РФ», не получая ничего в ответ.
Рагнор Фелл.
Алек испытал неожиданное, странное чувство симпатии к Рафаэлю; он понял, как одинок этот юноша-вампир. Он находился на вечеринке, он был окружен сотнями живых существ, но сидел один и писал сообщения умершему, снова и снова, прекрасно зная, что ответа не будет.
Должно быть, в жизни Рафаэля было очень мало тех, кого он считал друзьями.
– Мне не нравится, – сказал вампир, – когда Сумеречные охотники убивают моих собратьев, но такое уже случалось прежде. Случается и сейчас. Такое уж у них хобби. Но спасибо, что спросил. Разумеется, в подобных случаях хочется биться в истерике на бархатном диване в форме сердечка и утирать слезы кружевным платочком, но мне каким-то образом удается держать себя в руках.